ПЕРЕВАЛЫ КАВКАЗА

в годы Великой Отечественной войны

1942 – 1943 гг.

 

Поисково-краеведческий проект реализован 

к 75-летию освобождения Краснодарского края 

от немецко-фашистских захватчиков и завершения битвы за Кавказ

 

Автор и руководитель проекта:

Г. С. Итапин, учитель математики, 

классный руководитель 11 класса

МБОУ СОШ №22 села Соленого

 

Сроки реализации проекта:

август – октябрь 2018 года

 

Место реализации проекта:

село Соленое, Мостовский район, 

Краснодарский край 

ВВЕДЕНИЕ

 

Битва за Кавказ относится к числу самых длительных и кровопролитных сражений, во многом предопределивших исход Второй Мировой войны. В официальной историографии она подразделяется на два этапа: наступление немецких войск (25 июля – 31 декабря 1942 г.) и контрнаступление советских войск (1 января – 9 октября 1943 г.).

Для ведения боевых действий в горах Кавказа гитлеровское командование готовило специальные альпийские части из опытных егерей. Все продумывалось до мелочей. Отличное горное снаряжение, в том числе специальная обувь, теплое белье, стрелковое оружие, легкие пушки, которые быстро разбирались и на лошадях доставлялись на горные перевалы. Даже специальные печки для обогрева блиндажей. У немецких егерей были подробнейшие карты Главного Кавказского хребта, которые были составлены еще до начала войны. Ничего не помогло. Вся эта «идеальная машина войны» разбилась о мужество наших бойцов.

В тяжелых условиях для наших войск проходил первый этап битвы за Кавказ. Враг имел большое количественное превосходство в танках, авиации и артиллерии. У наших частей отсутствовали крупные подвижные соединения, в то время, как у врага танковые и моторизованные войска составляли более 40%. Враг господствовал на всем протяжении оборонительных боев в воздухе, причиняя огромный ущерб нашим войскам.

На долю советских солдат и командиров, оборонявших Главный Кавказский хребет, выпали тяжелейшие испытания. При крайней нехватке оружия, не имея баз снабжения, испытывая нехватку боеприпасов, им предстояло сдержать намного превосходящие силы противника, не пропустить врага к заветной бакинской нефти, в Закавказье. 

Немецко-фашистские войска, выйдя во 2-й половине августа 1942 года к основным перевалам Большого Кавказа, проводили активные наступательные действия, стремясь любой ценой овладеть нефтеносными районами Баку и Грозного, а также выйти к побережью Черного моря.

 

ГЕРОИЧЕСКАЯ ОБОРОНА УМПЫРСКОГО ПЕРЕВАЛА

 

Ожившая через 70 лет фотография.

Перевал Умпырь – один из многих перевалов Мостовского района. Он представляет собой довольно широкую двухскатную альпийскую поляну. На высоте более 2400 метров она обрывается в сторону одноименного кордона головокружительной кручей. Слева  сверкает на солнце голубоватый снежник, питающий исток реки Умпырки. Повернувшись в сторону широкой долины реки Большой Лабы, в направлении поселка Рожкао (Карачаево-Черкесия), перед путешественниками открывается потрясающая панорама гор. Более километра тропа серпантином  вьется по альпике до первого лесного пояса. Это удивительно красивое место, на котором сейчас не обнаружить никаких следов жестоких сражений Великой Отечественной войны. За более чем 70 лет, прошедших с той поры, природа сумела залечить все раны, нанесенные войной. Но эпизод героической обороны Умпырского перевала хранит подвиг горстки советских бойцов, который потряс даже врагов.

Начало боевых действий в горах.

В далеком 1942 году взятие перевалов Главного Кавказского хребта было одной из стратегических задач гитлеровской Германии, а выполнить ее поручалось 49-му горнострелковому корпусу под командованием генерала Рудольфа Конрада. На нашем участке фронта воевали егеря 1-ой горнострелковой дивизии генерала Ланца и 4-ой дивизии генерала Эгельзеера.

8 августа 1942 года отборные отряды «Эдельвейса» вошли на территорию Мостовского района. Части 40-ой ордена Красного Знамени отдельной мотострелковой бригады, измотанные в предыдущих боях, почти без поддержки артиллерии, были прижаты к нашим предгорьям. Оказавшись в безвыходном положении, комбриг Цепляев принял решение отходить на Красную Поляну. Переход был не из легких! Шли по узким горным тропам в полном боевом снаряжении и с ранеными, некоторых приходилось даже нести на руках. Проводником был житель станицы Баговской 60-летний Яков Васильевич Скляров.

После отхода нашей 40-ой бригады, гитлеровцы оккупировали Мостовской район без организованного сопротивления регулярных частей Красной Армии. Для срыва дальнейших планов противника по выходу его к побережью Черного моря, в начале августа, спешно были выдвинуты из Грузии части 20-ой горнострелковой дивизии.

Подготовка гитлеровцев к войне на Кавказе.

Для войны на Кавказе гитлеровское командование заранее готовило горнострелковые отряды из опытных альпинистов-егерей. Генрих Гебельс говорил о них: «Наши снежные барсы». А сами они себя называли – «горными солдатами». Их отличала большая выносливость, умение действовать не только мелкими группами, но и в одиночку. Каждый из них был превосходным снайпером и следопытом. Командование вермахта возлагало на эти подразделения большие надежды. Да и сами егеря не сомневались в успехе военной кампании в горах Кавказа. Они имели прекрасное горное снаряжение и обмундирование. В их экипировке все предусматривалось до мелочей: ботинки с шипами, теплое белье, суконные брюки и куртки, спальные мешки, антидоты, патроны для разогрева пищи и даже печки для обогрева блиндажей и т.д. Для «горных солдат» немецкие специалисты разработали специальное вооружение, предназначенное для ведения боевых действий в горных условиях – стрелковое оружие, пулеметы, пушки, минометы. Кроме, альпинистов-егерей в немецкие горнострелковые дивизии входили артиллеристские, минометные, противотанковые, разведывательные части, а также имелись интенданты и связисты.

Подготовка Советской Армии к обороне перевалов.

Со стороны Красной Армии оборона Сочинских перевалов Гласного Кавказского хребта была возложена на бойцов 174-го,  265-го полков 20-ой горнострелковой дивизии, под командованием  генерал-майора А. П. Турчинского. Специально сделан акцент на экипировку немецких егерей, потому что наши горные дивизии по формированию, по боевой и инженерной подготовке, вооружению и снаряжению, совершенно не соответствовали своему названию и не были готовы к ведению боевых действий в горной местности. Одетые в шинели солдаты мерзли в суровых высокогорных условиях, а ботинки с обмотками или кирзовые сапоги выдерживали всего несколько дней ходьбы по скальной породе. В таком обмундировании было даже непросто передвигаться в горах, не то чтобы воевать. Причем, большинство бойцов 20-ой ГСД только здесь, в ущельях Малой Лабы и Уруштена, впервые увидели снежные вершины.

Вооружение наших воинских подразделений нельзя даже сравнивать с оружием «снежных барсов». Например, противник использовал особое горное оружие со специальным прицелом, а советские солдаты применяли обычное армейское оружие.

Командование Красной Армии поспешило срочно исправить такой перекос в горной подготовке наших воинских частей. С этой целью на Кавказ были направлены опытные альпинисты И. Л. Бадера и В. В. Молоканов. Им вменялось в обязанность проведение альпийской подготовки бойцов и инструктаж по ведению войны в условиях высокогорья.  

Особенно тяжело было нашим войскам в первые два месяца боев в горах. Здесь надо сказать, что к моменту подхода фашистов к предгорной зоне, практически на всех перевалах не были готовы оборонительные сооружения. Они почти все были открыты для вторжения врага. Ставка Верховного Главнокомандующего 20 августа 1942 года выпустила директиву с требованием Закавказскому фронту немедленно усилить оборону Главного Кавказского хребта, в том числе и перевалов Аишха и Псеашха.

Следует отметить, что война в горах разительно отличается от боевых действий на равнине. Применение танков невозможно, да и авиация практически не используется. Противостояние идет в условиях высокогорья, где человек испытывает кислородное голодание. Здесь не только сражаться, но и само пребывание является экстремальным. Дороги отсутствуют, а крутые обрывистые ущелья и каньоны чередуются с дремучими непроходимыми лесами. А во время подъема вверх, в течение дня, резко меняется температура воздуха. Неподготовленным людям тяжело переносить такие перепады. Внезапная перемена погоды обычно сопровождается проливными дождями. В одночасье бурные потоки воды могут снести любые мосты и переправы. Осенью часто дождь переходит в мокрый снег. Днем холодно, а ночью мороз усиливается. Снежные сугробы поднимались, как на дрожжах. Кажется, что в горах сама природа пыталась испытать воинов на прочность, обрушив на них всю свою мощь, но советские воины все это выдержали и выстояли.

В горах не было сплошной линии обороны. Воевали небольшие группы, подразделения или одиночные горные стрелки. Бои шли за каждый хребет, тропу и господствующие высоты.

Работники заповедника пришли на помощь нашим бойцам.

Театр боевых действий на Мостовской земле полностью вобрал в себя всю территорию Кавказского заповедника. И этот факт сыграл положительную роль в обороне перевалов нашего района. Как, писал бывший начальник отдела охраны заповедника К. Г. Архангельский: 

«…В этой борьбе сотрудники заповедника, опираясь на богатейшие природные ресурсы и сложную топографию дикой горной страны, стали активными участниками успешного сопротивления фашистам. Оно привело к окончательному провалу их планов – форсировать на этом участке горные перевалы…». 

Около двадцати сотрудников заповедника стали для бойцов инструкторами горной подготовки, опытными проводниками и разведчиками. Весь дальнейший ход сражений в нашем регионе, показал, что героизм и самоотверженность бойцов Красной Армии, в совокупности с помощью сотрудников заповедника, позволили достойно противостоять элитным немецким частям «Эдельвес», и не позволить им овладеть нашими перевалами.

Работники заповедника, воевавшие в 20-й Горнострелковой дивизии

 

Бои за перевал Умпырь.

Все боевые действия на Мостовской земле можно свести к двум сражениям за два ключевых перевала Аишха и Псеашха, но сегодня мы расскажем только о героической обороне перевала Умпырь.

Первоочередной задачей дивизии «Эдельвейс» был захват узлового кордона «Умпырь», находящегося в самом центре заповедника и являющегося «воротами» к основным перевалам Главного Кавказского хребта. С этой целью подразделения дивизий Ланца и Эгельзеера были разделены на особые отряды, которые двигались к намеченной точке разными маршрутами. Один из них должен был нанести лобовой удар вдоль Малой Лабы. Второе направление продвижения гитлеровцев лежал через Тамовское ущелье по Большой Лабе через кордон «Закан», где уже передовой полк дивизии «Эдельвейс» расчистил себе дорогу для ведения боев за группу Санчарских перевалов.

Накануне сражения за Умпырский перевал командование 20-й горнострелковой дивизии отправило во вражеский тыл, в сторону станицы Псебайской, 12 разведчиков 265-го полка. В ходе рейда они захватили двух «языков». Один из них был унтер-офицер, которого они доставили в штаб своей дивизии. Этот «эдельвейсовский» солдат рассказал о точном расположении в Псебае штаба горнострелковой дивизии. А также сообщил очень важные сведения о намерениях четвертой дивизии генерала Эгельзеера. Она должна была силами 13-го полка выдвинуться в сторону Умпырского перевала с целью обходного маневра. В результате успешных действий разведки командир 20-ой дивизии Турчинский упреждающим маршем «оседлал» своими бойцами Умпырский перевал и организовал там эффективную оборону, позволившую выиграть время.

Герой Советского Союза 

Адам Петрович Турчинский

 

20 августа 1942 г. силами двух батальонов 13-го горнострелкового полка тирольской дивизии «Горечавка» при огневой поддержке большого количества минометов 94-го артиллеристского полка фашисты начали наступление. Взяв курс на кордон «Закан», они шли по горным тропам на Умпырский перевал, который является единственной магистральной тропой на кордон «Умпырь» с долины реки Большая Лаба.

Вид с пер. Умпырь в сторону Карачаево-Черкесии

 

Подвиг трех минометчиков.

Умпырский перевал защищали две роты, в том числе одна минометная 174-го полка 20-й горнострелковой дивизии. Противник стремился захватить перевал. В день он предпринимал несколько атак, но каждый раз минометчики встречали врага прицельным огнем, и «снежные барсы» со значительными потерями откатывались назад. Наши бойцы, занимая господствующие высоты, грамотно вели огонь и довольно продолжительное время сдерживали натиск врага. Ветеран дивизии «Эдельвейс», который в начале 21-го века в качестве туриста посетил места былых сражений, вспоминал: 

«Наш батальон потерпел поражение под Санчарами. Из 1000 егерей у нас осталось в строю всего 300, и мы, как резерв корпуса, были переброшены под Умпырский перевал, для усиления наступавших австрийцев. И только после ввода резервов, многократно штурмуя, неся большие потери, нам удалось овладеть Умпырским перевалом».

Об этом эпизоде героической обороны данного перевала поведала армейская фронтовая газета «Герои Родины». В ней говорилось, что расчет минометной роты 174-го полка самоотверженно держал оборону на небольшом «пятачке». Гитлеровцы обрушили на них огненный шквал. В воздухе стоял сплошной гул от грохота разорвавшихся мин и разлетавшихся камней. Во время атак едкий, черный пороховой дым нельзя было отличить от нависших над перевалом свинцовых туч. После того, как «горные солдаты», по реке Заканке, обошли наш расчет с фланга, фашистские егеря под прикрытием плотного минометного огня с трех сторон атаковали оставшуюся горстку бойцов.

По неизвестной причине, приказ об отступлении не дошел до этого минометного расчета, которому была поставлена задача не допустить противника на магистральную тропу перевала. Поэтому бойцы оказались отрезаны от наших основных сил и попали в окружение. Под защитой скалы, в тылу врага остались три наших минометчика: командир расчета, сержант Виктор Шутков, наводчик, ефрейтор Шарип Васиков и рядовой Василий Семьяков. «Снежные барсы» медленно, но верно сжимали кольцо вокруг защитников перевала. Их положение становилось безвыходным, но они приняли решение не сдаваться и стоять насмерть. В какой-то момент фашисты подползли вплотную, на расстояние двух десятков шагов, попав в так называемую «мертвую зону». Нашим минометчикам вести огонь по ним было бессмысленно. Но гитлеровцы, карабкаясь по скалам, становились все ближе. И тогда, бойцы стали отвинчивать колпачки у мин и, укрываясь за валунами и скалами, вручную бросали их, как гранаты. Последней миной отважные воины подорвали себя и окружившую их группу противника. Когда дым от взрыва рассеялся, на подступах к скале лежало много вражеских трупов, искореженная боевая техника, разнесенные в клочья тела трех бойцов-героев минометного расчета. Дорого солдаты вермахта заплатили за эту пядь нашей родной земли. Даже, видавшие виды фашистские «снежные барсы», после боя, вышедшие на позиции наших минометчиков, были поражены мужеству советских солдат. 

«Осколками была выкошена вся трава. Все трое были мертвы, тела их были изуродованы, было очевидно, что они сражались, будучи уже раненными». 

К счастью, история сохранила имена героев, которые отдали жизни за свободу нашей Родины. 

За этот подвиг, один из них, ефрейтор Шарип Васиков, был посмертно награжден орденом Ленина.

О подвиге троих минометчиков узнал солдат Нургильдыев, который с группой кавалеристов  оборонял тропы севернее горы Кизил – Ауш – Дуппур, но отступая, он оказался на месте боя на Умпырском перевале. Впоследствии, он рассказал об этом в госпитале армейскому корреспонденту. Фронтовой поэт Михась Калачинский посвятил героям стихи, которые были опубликованы в газете «Герои Родины» 22 сентября 1942 года.

Ефрейтор Шарип Васиков

 

Встают за хребтами хребты,

Зубцами изрезан их гребень,

С орлиной сошло высоты

На скалы Кавказское небо.

Последняя мина в лотке,

Замкнулось кольцо окруженья.

– Сдавайсь! – на чужом языке,

Чужие звучат предложенья.

Взял мину, – и взрыв прозвучал…

Лишь камень, видавший столетья,

Не гибель бойца возвещал – 

Победу его и бессмертье.

 

Мы нашли фронтовую фотографию воина, который отдал собственную жизнь, защищая высокогорный перевал Кубани от фашистов, рвавшихся к Черному морю. Смотря на нее, нас охватывает какое-то волнение. Ведь только спустя 70 лет мы узнали о доблести и об отваге советских солдат на нашей малой родине. Это только один из боев той горной войны. Хорошо, что нашелся человек, благодаря которому мы узнали о нем. А сколько еще безызвестных подвигов совершили бойцы, остановили наступавшего врага. Вечная память героям, сложившим свои головы в одном из красивейших уголков России!

 

 

БОИ ЗА ПЕРЕВАЛЫ АИШХА И ПСЕАШХО

 

Исторические параллели.

Осенью 1942 года фашисты стремились прорваться к черноморскому побережью Кавказа. Выполнить эту задачу гитлеровцы могли лишь на нашем участке фронта, преодолев перевалы Псеашхо и Аишха. 

Военные действия осенью 1942 года с элитными, отлично экипированными подразделениями вермахта, в частности, с солдатами «Эдельвейса» из 49 горного корпуса  вели  бойцы нашей 20-й горнострелковой дивизии. Советские воины проявили огромное мужество и отвагу и беззаветное служение Родине, сродни суворовским солдатам, чтобы остановить врага на  перевалах главного Кавказского хребта. 

Перевал Аишха

Перевал Псеашхо

 

Оборона перевалов Аишха и Псеашхо.

Кавказские перевалы на подступах к Сочи в августе-декабре 1942 года защищали воины 20-й горнострелковой дивизии.

В 1942 году штаб дивизии находился в Сочи в средней школе № 9. Её 67-й, 174-й, 265-й и 379-й полки размещались в Головинке, Сочи, Лазаревском и Пиленково (ныне Цандрыпш). Командовал дивизией генерал-майор А.П. Турчинский (1897-1979), военным комиссаром был старший батальонный комиссар Л.Ф. Голландзия.

Перед дивизией в период дислокации в Сочи была поставлена задача прикрыть подход к Главному Кавказскому хребту на Белореченском и Умпырском направлениях. В августе 1942 года дивизия вступила в тяжёлые бои на перевалах.

28 августа 1942 года разведчики 174-го горнострелкового полка установили, что к перевалу Умпырский двигались части 49-го горнострелкового корпуса немцев. Это были подразделения 4-й горно-егерской дивизии генерала Эгельзеера. 5-я и 2-я роты полка с пулемётной ротой и кавалерийским эскадроном дивизии в 12 часов неожиданно для немецких егерей нанесли огневой удар. Егеря, усиленные большим количеством миномётов, перешли в наступление, пытаясь захватить Умпырский перевал.

Сосредоточенным огнём и контратаками красноармейцы двух рот 174-го полка отразили все вражеские атаки. За два с половиной часа боя враг потерял более 600 солдат и офицеров. 17 немцев были взяты в плен. Разгром передовых отрядов немецких егерей в тот день воодушевил наших бойцов. Враг дважды предпринимал наступление на Умпырский перевал и оба раза, неся тяжёлые потери, откатывался.

31 августа противник, подтянув по долине реки Малая Лаба резервы, после мощного миномётного огня повёл наступление по долинам рек Умпырь и Луча, пытаясь обойти Умпырский перевал.

Одновременно егеря перешли в наступление в направлении перевала Аишха и по долине реки Уруштен в направлении перевала Псеашхо. В силу численного превосходства гитлеровцам удалось выдвинуться к Умпырскому перевалу и 31 августа овладеть им. Потеряв более 500 человек убитыми и ранеными, противник добился лишь частичного успеха, но подойти к перевалам Псеашхо и Аишха ему не удалось.

В сентябре 1942 года два егерских батальона перешли в атаку на участке от водопада реки Уруштен до долины Лехнена за лагерем Холодным. Готовя оборону, советские воины и жители поселка Красная Поляна вырубили на этом участке лес, и противник был как на ладони. Атаку егерей поддерживали миномётчики и четыре самолёта "Фокке-Вульф". Но и здесь у них ничего не получилось.

Немцы потеряли более 800 человек. Командир дивизии А. П. Турчинский, осмотрев потом поле боя, усеянное бесчисленными трупами егерей, сказал бойцам: "Молодцы! На вас надеюсь как на себя!"

В начале октября немцы сосредоточили дополнительные силы в долине реки Малая Лаба и пытались перейти вновь в наступление. Однако воины 2 и 5 роты 174-го полка при поддержке подразделений 265-го горнострелкового полка (командир полка – майор Горбацевич) успешно отбивали одну за другой атаки врага и сами переходили в контратаки.

В конце октября 1942 года оборона в горах стабилизировалась. Получив приказ командующего 46-й армией передать оборону перевалов Аишха, Псеашхо и Белореченского 23-му и 33-му пограничным полкам НКВД, части 20-й горнострелковой дивизии сосредоточили в поселке Красная Поляна и Сочи.

В боях на перевалах Главного Кавказского хребта воины дивизии проявили невиданный героизм и беспримерное мужество.

Бои за перевал Псеашхо.

Серьезное место в захватнических планах Гитлера занимала Кубань. Фашисты стремились овладеть нефтью, цементом, морскими портами на Черном море, использовать плодородные почвы для обеспечения себя продовольствием.

Взятие Кубани открывало им также путь для завоевания Кавказа. Поэтому уже в скором времени Краснодарский край стал прифронтовым регионом.

Кровопролитные бои с врагом на территории Кавказа были частью сражений, которые велись нашей армией на громаднейшем фронте ото льдов Арктики до Черного моря. Каждую пядь земли солдаты России заслоняли своим сердцем, не щадя крови и жизни.

Наряду с боями за весь кавказский горный массив протяженностью 130 км, разворачивалась аналогичная боевая операция по защите нашими бойцами  перевала Псеашхо. Героические страницы его обороны обильно политы кровью советских солдат, но  враг так и не достиг своей цели.

Командование Красной Армии, зная, что гитлеровцы непременно будут рваться захватить перевал Псеашхо, директивой от 20 августа потребовало укрепить все тропы и ущелья, заминировать подходы или сделать непроходимые завалы на путях, ведущие к нему, но и  в том  числе к перевалам Трю, Алоус и Мастакан. И надо сказать, что задача, поставленная командованием,  была выполнена успешно. Из немецких источников известно, что только 2 октября 1942 года они смогли овладеть лишь одним из трех перевалов - это Трю. А 8 октября фашисты начали наступление на наш один из ключевых укрепрайонов, закрывающий путь к перевалам Главного кавказского хребта, находившийся между перевалом Алоус,   хребтами Мастакан, Скирда и Ацахфа. Натиск противника здесь сдержали бойцы 174-го и 67-го полков 20-ой горнострелковой дивизии. Завязались упорные и кровопролитные бои на подступах к основным перевалам и за каждую господствующую высоту, в которых численный и артиллеристский перевес был на стороне немецких егерей.

Третий батальон 91-го полка, немецкой дивизии «Эдельвейс» выдвигался на советский укрепрайон по тропе с кордона Умпырь вдоль хребта Ацахфа. С другой стороны части австрийской дивизии «Горечавка» атаковали наши позиции с перевала Трю и с хребта Скирда. Успех операции фашистам обеспечили  артиллеристы и минометчики 94-го горного артиллеристского полка, стрелявшие прямой наводкой с перевала Трю и с хребта Скирда по местам нашей дислокации. Один из командиров полка «эдельвейсовской» дивизии Алекс Бухнер в своих мемуарах о  войне на Кавказе утверждает, что это  была образцово-показательная операция по окружению и  разгрому противника в горах. Для советских же воинов это был один из  трагических эпизодов боев за Псеашхо, ведь здесь погибли не менее 50-ти советских солдат и офицеров. Ценой собственной жизни  наши бойцы смогли надолго задержать противника на подступах к основному перевалу. В подтверждение вышесказанному на одной из гор этого водораздела, входящих в систему Мастакана, есть мемориальная доска, закрепленная на каменной глыбе.

Здесь же на поляне, около скалы, наши защитники приняли неравный бой. Советские воины стояли насмерть, но, попав в окружение, все погибли. Последним в этом бою пал старший сержант Иван Кисилев.

В этом нелегком сражении много советских солдат сложили свои головы, а  на хребте Мастакан, перевале Алоус немало бойцов получили ранения и были захвачены в плен.  Именно здесь воины Красной Армии,  Мастаканского укрепрайона, потерпели   самое тяжелое поражение на Мостовской земле. Возможно,  причина его кроется в неправильно выбранной позиции, в ненадлежащей  связи между подразделениями, неподготовленностью наших солдат к ведению боёв в горных условиях и, конечно, в значительном преимуществе вражеской артиллерии. Наше предположение подтверждают рассказы ветеранов заповедника, что почти полностью в воздухе была расстреляна группа десантников-парашютистов, видимо, направленных с целью усиления наших позиций.  Но по какой-то трагической ошибке, она была выброшена прямо на территорию противника,  в районе перевала Алоус. Здесь справедливо отметить, что это наступление и для гитлеровцев тоже было трудное.  По их оценке они потеряли на Мастаканском укрепрайоне только убитыми около 20-ти человек, не считая раненных. Но главная для них потеря – это упущенное время для наступления на перевал Псеашхо.

После взятия Мастаканских полян, гитлеровцы устроили здесь войсковой медицинский пункт 91-го полка. В воспоминаниях немецкого офицера Алекса Бухнер говорится, что работы здесь у медиков было много, а это указывает  об ожесточенности боев на этом направлении. Затем «горные солдаты» маршем  устремились по долине реки  Уруштен к лагерю Холодному, который находится напротив огромного ледника в центре горного массива Псеашхо.

Подвиг минометчиков лейтенанта Лимаренко.

Рассказывая об обороне Кавказских перевалов, мы не имеем права не сказать о подвиге  шестерых минометчиков лейтенанта Лимаренко 174-го горнострелкового полка,  которым пришлось отступить  после ожесточенных боев за Мастаканские поляны. Шли они через хребет Алоус параллельно фашистам, но по противоположному берегу реки Уруштен. Двигались бойцы на основной перевал Псеашхо, неся на себе четыре миномета в полном снаряжении. Даже бывалым туристам, не раз ходившим в этих местах, невозможно представить, как им это удалось сделать! Выйдя, на перевал, они обнаружили целый склад мин нужного калибра, заготовленный, видимо, по директиве Ставки. Минометчики решили самостоятельно своими силами организовать оборону перевала. Лейтенант Лимаренко сказал своим бойцам: «Мы отсюда не уйдем, пока все мины не выпустим по фрицам!»  У них была телефонная связь со своими основными силами, которые к тому времени заблаговременно окопались за перевалом Псеашхо, не веря в эффективную оборону перевала. Лимаренко очень грамотно выбрал позицию – возле водораздельной точки перевала, защищенную нависающими скалами северных отрогов горы Перевальной. Учитывая, что они имели   достаточное количество боеприпасов, шесть отважных бойцов – минометчиков, двое суток сдерживали натиск  наступавшего австрийского горнострелкового полка. Неоднократно пытались фашисты с лагеря Холодного атаковать наших  бойцов «в лоб», а также зайти в тыл отважных солдат по скалам и подавить их огонь, но  им не удавалось этого сделать.  Над минометным взводом лейтенанта Лимаренко постоянно висела «рама» – двуфюзеляжный самолет – корректировщик. Вражеские пикирующие бомбардировщики атаковали позиции наших бойцов с воздуха, но несмотря ни на что, четыре миномета все били и били, заставляя гитлеровских егерей каждый раз  с потерями возвращаться к своим позициям в лагерь Холодный. 

Расчёт полкового 120-мм миномёта ведёт огонь по немецким позициям

 

Все попытки врага овладеть перевалом Псеашхо были тщетны. На вторые сутки непрерывных боев на помощь минометчикам подошли два отделения автоматчиков со станковыми пулеметами, которые полностью сцементировали оборону перевала, сделав его неприступным. В результате на перевал Псеашхо так и не ступила нога захватчиков. После этой самоотверженной защиты у горы Перевальная появилось второе название – Минометная.

Затем «неожиданно» для фашистов в горах по всей линии противостояния очень рано началась зима, которая заставила их остановиться и отогреваться в землянках. Здесь уместно отметить, что русский генерал Мороз причинил много хлопот «горным солдатам» фюрера. В том числе и немало их погибло от обморожения. Несладко пришлось подразделению противника, который встретил зиму на последнем их рубеже в лагере Холодном.

Последнее время в СМИ можно встретить публикации о том, что дивизия  «Эдельвейс» все перевалы Главного Кавказского хребта взяла строго по намеченному плану. Но мы с гордостью можем возразить, что на наши Мостовские перевалы – Аишха и Псеашхо оказались не по зубам фашистским оккупантам!

Спускаясь с перевала Псеашхо,  можно увидеть серебристый шпиль памятника, возведенный спустя много лет выжившими однополчанами 20 горнострелковой дивизии своим товарищам, которые отдали самое дорогое – жизнь за свободу нашей Родины.   Приятно отметить, что на памятнике постоянно лежат букеты живых полевых цветов. Каждая проходящая группа туристов возлагает букет.

Да,  все выдержали и выстояли защитники Кавказа. Мы всегда должны помнить это и быть благодарны им. Светлая память погибшим!  Всего в боях за перевалы Аишха и Псеашхо 20 горнострелковая дивизия понесла безвозвратных потерь более 250 солдат и офицеров. Они обрели вечный покой в одном из красивейших уголков нашей Родины, сохранив для нас уникальные горные ландшафты, величественные вершины, которые хрустальными шпилями  подпирают голубой небосвод, шумные водопады, дивные сказочные леса, пестрые альпийские луга и ожерелья чудеснейших высокогорных озер цвета драгоценных камней. И уже стало традицией каждой весной, в канун праздника Победы, в заповедник устремляются группы туристов всех возрастов, чтобы поправить старые обелиски и установить новые, отдавая дань памяти  воинам, отдавших жизнь за нашу великую страну – Россию.

 

МАРУХСКИЙ ПЕРЕВАЛ: БОИ ЗА ПОБЕРЕЖЬЕ

 

Марухский перевал – перевал на высоте 2748 м через Главный Кавказский хребет в западной части Большого Кавказа. Перевал ведёт из долины реки Маруха (бассейн Кубани) в долину Ацгара (приток Кодори). Марухский перевал ныне находится на границе Российской Федерации и частично признанной Республики Абхазии.

Боевые действия на Марухском операционном направлении начались несколько позднее, чем на Клухорском, однако оба они были тесно взаимосвязаны между собой. Немецкое командование намеревалось захватить перевалы Марух (2746 м) и Наур (2839 м), после чего, продвигаясь на юго-восток долиной р. Чхалта, зайти в тыл Клухорской группе советских войск, отрезать ее от основных баз снабжения и полностью разгромить. В случае успеха перед немцами открывалась бы прямая дорога к г. Сухум и Черноморскому побережью Кавказа.

В первой половине августа 1942 г. в штаб 3-го ск начали поступать сведения о концентрации подразделений 1-й гсд «Edelweiss» в долинах рек Марух и Большой Зеленчук, а также об их продвижении к перевалу Марух. Чтобы избежать перехода немцев через Главный Кавказский хребет и упредить противника, командование 3-го ск приняло решение направить в район перевала Марух и Наур 808-й сп (командир – майор Ш. Телия, комиссар – Арутюнов) и 810-й сп (командир – майор В. Смирнов, комиссар – Н. Васильев) 394-й сд. Перед обоими полками была поставлена задача: из гг. Гудаута и Сухум проследовать форсированным маршем к перевалу Марух, занять его и подготовить к обороне. Однако двумя днями позже, в связи с захватом немцами перевала Клухор, командование 46-й армии изменило свои первоначальные планы. 808-му и 810-му сп предписывалось к 24 августа овладеть перевалом Марух, после чего приступить к подготовке удара по находящимся на марше подразделениям 1-й гсд со стороны северных склонов перевала Клухор. Общее руководство боевыми действиями на данном участке фронта осуществлял заместитель командира 3-го ск, полковник В. Абрамов.

Владимир Никитович Абрамов,

советский военный деятель, генерал-полковник авиации, кандидат военных наук

 

18 августа 808-й и 810-й сп двинулись в путь. В то время как главные силы 808-го (без 1-го сб и 9-й ср 3-го сб) и 810-го сп через с. Захаровка направились на перевал Марух, 3-й сб 810-го сп (командир – старший лейтенант Свистильниченко, комиссар – К. Расторгуев) шел по маршруту: г. Сухум – Сухум ГЭС – перевал Химса – перевал Наур. Скорость движения войск существенно замедлялась из-за недостатка лошадей, ишаков и мулов, поспешно мобилизуемых у местного населения уже на марше. Остро ощущался дефицит боеприпасов, продовольствия и горного снаряжения. 24–25 августа 808-й и 810-й сп (без 3-го сб) достигли подножья перевала Марух, а 3-й сб 810-го сп – подножья перевала Наур. После этого 7-я ср 3-го сб 810-го сп (командир – лейтенант Кузьмин) направилась к перевалу Аданге (2299 м), имея целью заблокировать его и не допустить выхода противника в долину р. Аданге в случае прорыва немцев через перевал Наур. Сводный отряд из бойцов 9-й ср 3-го сб 810-го сп (командир – лейтенант Ракиев) направился к перевалу Нарзан для проведения разведки и рекогносцировки местности. Основной же состав 3-го сб 810-го сп без боя занял перевал Наур. Около 4.00 25 августа рота автоматчиков и взвод саперов 810-го сп установили контроль над перевалом Марух, сбив с его седловины находящуюся там немецкую разведгруппу из состава 13-го гсп 4-й гсд «Enzian».

После оборудования оборонительных позиций на Марухе полковник В. Абрамов совместно с командирами 808-го и 810-го сп приступил к обсуждению деталей намечавшегося прорыва к перевалу Клухор. Согласно принятому плану, 810-й сп (без 3-го сб) и 3-й сб 808-го сп (командир – ст. лейтенант В. Рухадзе, комиссар – политрук Г. Киладзе) должны были скрытно спуститься в долину р. Аксаут, а затем, продвигаясь [29] вдоль северных скатов Главного Кавказского хребта, во взаимодействии с 815-м сп уничтожить противника на перевале Клухор. В период проведения операции позиции 810-го сп на перевале Марух должен был занять 808-й сп, в оперативном подчинении которого теперь временно находился 2-й сб 810-го сп (командир – капитан В. Родионов, комиссар – старший политрук И. Швецов). Начало операции было назначено на 5.00 28 августа.

В назначенный срок советские войска приступили к выполнению боевой задачи. В то время как главные силы, возглавляемые командиром 810-го сп, майором В. Смирновым, спустились через г. Кара-Кая (3893 м) в долину р. Аксаут, группа под командованием заместителя командира 810-го сп, майора Кириленко осуществляла прикрытие их левого фланга. К 12.00 28 августа отряд Смирнова достиг высоты 3012 м и овладел ею. К 19.00 к высоте 3012 м подошла группа прикрытия и продолжила движение по северному склону г. Кара-Кая, не встретив противника. За первый день наступления советские войска продвинулись вперед на 10 км. Ночью главные силы продолжали наступление и к утру 29 августа завязали встречный бой с 2-й гср 2-го высокогорного батальона 1-й гсд «Edelweiss» на рубеже восточнее г. Кара-Кая. В течение дня немцы были полностью разбиты. Шедший в авангарде главных сил 3-й сб 808-го сп захватил пленных, снаряжение, продовольствие, боеприпасы и вооружение, в т.ч. станковые пулеметы, карабины, ручные гранаты, патроны, специальную альпинистскую обувь, плащ-палатки, консервы, витамины в таблетках, коньяк.

Советский прорыв на Марухском направлении явился для немецкого командования полной неожиданностью. Командир 49-го гск Р. Конрад и командир 1-й гсд Х. Ланц пришли к мнению, что возникшая угроза флангу и тылу 1-й гсд должна быть устранена в кратчайшие сроки. Перед генерал-майором Х. Ланцем стояла задача: воспрепятствовать дальнейшему продвижению противника, изолировать прорыв, принудить советские войска к отступлению или уничтожить их, а затем снова захватить перевал Марух. Для выполнения этого задания был привлечен находящийся в низовьях р. Аксаут 1-й гсб 98-го гсп 1-й гсд (командир – майор Ф. Бадер) и прибывший в п. Теберда 2-й высокогорный батальон 1-й гсд (командир – майор Бауэр). Согласно плану, 1-й гсб 98-го гсп повернул на запад, в долину р. Марух и начал продвижение на юг. Вскоре он наткнулся на выдвинутый за перевал Марух 2-й сб 810-го сп и остановился. Одновременно с этим 2-й высокогорный батальон 1-й гсд двигался по долине р. Аксаут, намереваясь взять перевал Марух благодаря обходу правого фланга советской обороны со стороны г. Марух-баши (3805 м). Штурмовым группам батальона удалось занять доминирующую высоту 3024 м и расположить там минометы и станковые пулеметы, благодаря чему находящиеся в долине р. Аксаут советские войска оказались под плотным огнем противника. К 31 августа заместителю командира 3-го ск и командиру 810-го сп стало ясно, что дальнейшее продолжение наступления является нецелесообразным. В четырехдневных боях личный состав понес большие потери, заканчивалось продовольствие и боеприпасы, резко падала боеспособность, а впереди разворачивались главные силы 1-й гсд «Edelweiss», угрожая окружением. В сложившейся ситуации полковник В. Абрамов разрешил отход 810-го сп и 3-го сб 808-го сп за перевал Марух. Отступление началось в ночь с 31 августа на 1 сентября и закончилось ночью 2 сентября. 810-й сп и 3-й сб 808-го сп были отведены на отдых в район южнее водопада Азырт, с тем, чтобы в течение четырех суток восстановить боеспособность обескровленных подразделений, а затем сменить два батальона 808-го сп на перевале Марух.

Ликвидировав советский прорыв, немцы приступили к захвату перевала Марух. Общее командование 1-м гсб 98-го гсп 1-й гсд и 2-м высокогорным батальоном 1-й гсд принял подполковник К. Айсгрубер. На высоте 3145 м, находящейся между долинами рек Марух и Аксаут, было проведено совещание генерал-майора Х. Ланца с подполковником К. Айсгрубером, командирами обоих батальонов и передовыми наблюдателями горной артиллерии. В ночь с 4 на 5 сентября 2-й высокогорный батальон 1-й гсд поднялся на седловину г. Марух-баши и оборудовал там свои огневые точки. Затем две роты батальона зашли в тыл советских войск, все внимание которых было сосредоточено на находящемся перед северными склонами перевала Марух 1-м гсб 98-го гсп 1-й гсд. 4-я гср по вырубленным ледовым ступеням перешла через седловину г. Марух-баши и добралась до исходной позиции для штурма. Почти одновременно 3-я гср по разведанной тропе вышла несколько южнее Марухского ледника, установив в лощинах и за каменными глыбами станковые пулеметы и минометы. Между двумя ротами была налажена визуальная связь. Тщательно выбирали позиции передовые наблюдатели 2-й и 8-й батарей 79-го горного артиллерийского полка 1-й гсд. Для обороняющих перевал Марух советских солдат и офицеров присутствие немецких горных стрелков в своем тылу оставалось абсолютно незамеченным.

В 5.00 5 сентября командир 2-го высокогорного батальона 1-й гсд, майор Бауэр приказал 3-й гср открыть минометный и пулеметный огонь по советской группировке на перевале Марух. 2-й сб 808-го сп (командир – капитан В. Татарашвили, комиссар – политрук Василенко) предпринял попытку оказать организованную оборону, но был накрыт снарядами семи немецких горных орудий, расположенных в долине р. Марух. Затем с гребня г. Марух-баши по канатам и веревочным лестницам спустилась 4-я гср, атаковав 4-ю и 5-ю ср 2-го сб 808-го сп, прижатые к земле огнем 3-й гср и 79-го горного артиллерийского полка. Около 11.00 атаку начал 1-й гсб 98-го гсп 1-й гсд, стремясь перейти через седловину Маруха и перерезать советским войскам пути отхода с перевала. Атакуя сверху вниз, немцы в полной мере использовали свое тактическое преимущество, занимая позицию за позицией. Капитан В. Татарашвили успел подтянуть с левого фланга советской обороны 6-ю ср 2-го сб 808-го сп и тем самым временно восстановить положение. В ответ около 16.00 немцы усилили артиллерийский обстрел, практически полностью уничтожив 4-ю ср, а затем и 6-ю ср 2-го сб 808-го сп. Тем временем 1-й гсб 98-го гсп 1-й гсд вышел на южные склоны перевала Марух и занял высоты 2938 м (г. Чвахра) и 3325 м, завершая окружение остававшихся на поле боя советских бойцов. Тем не менее, разрозненным группам защитников перевала все же удалось пробиться на юг и выйти из немецкого кольца. Попытки 810-го сп прийти на помощь 808-му сп были сорваны интенсивным огнем противника с фланговых высот.  К 18.45 на Марухе были подавлены последние очаги сопротивления, после чего перевал перешел под полной контроль штурмовых подразделений 1-й гсд.

Советские потери составили более 300 убитых и 557 пленных, 19 станковых пулеметов, 13 тяжелых минометов, 17 противотанковых ружей, а также большое количество ручного стрелкового оружия и боеприпасов. По данным германского командования (вероятно, заниженным), немецкие войска потеряли лишь 7 убитых и 8 раненых. Впоследствии за взятие перевала Марух командир 1-й гсд «Edelweiss», генерал-майор Х. Ланц был награжден Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту – высшему военному ордену Третьего рейха.

В связи с захватом немцами перевала Марух и угрозой выхода противника в тыл Клухорской группе советских войск через долину р. Чхалта командование 46-й армии Закавказского фронта было вынуждено предпринять ряд экстренных мер для исправления сложившейся ситуации. Заместитель командира 3-го ск, полковник В. Абрамов был отозван в расположение штаба армии, а остатки 808-го сп отводились через боевые порядки 810-го сп в тыл для переформирования. В район боевых действий были направлены три стрелковых батальона из состава 107-й сбр, 155-й осбр и 2-го Тбилисского военно-пехотного училища, подразделения Сухумского военно-пехотного училища, 11-й и 12-й отдельные горнострелковые отряды, минометная батарея 956-го артполка, 844-я отдельная рота связи. Вместе с 810-м сп эти части вошли в состав группы войск Марухского направления (командир – полковник С. Тронин, начальник штаба – подполковник А. Малышев).

В период с 6 по 8 сентября 810-й сп совместно с 3-м сб 808-го сп вели бои с наступавшим противником. Сражение развернулась за горную гряду, расположенную в 1,5–2 км южнее Марухского перевала и проходящую на северо-запад от Марух-баши. Удерживая ее, советские войска могли закрыть проход в ущелье р. Чхалта. Благодаря упорной обороне 810-го сп и 3-го сб 808-го сп, многократные попытки немцев овладеть данным рубежом потерпели неудачу. С прибытием же в район боевых действий первых подкреплений перед группой войск Марухского направления появилась возможность осуществлять локальные контратаки на отдельных участках фронта. Так, первостепенной задачей для командования группы становилось овладение т.н. «воротами» Марухского перевала, т.е. высотами 2938 м (г. Чвахра) и 3325 м. С 9 сентября по 25 октября 810-й сп, два стрелковых батальона 107-й сбр и 155-й осбр, горно-вьючная минометная батарея 956-го артполка и 844-я отдельная рота связи вели здесь наступательные бои. Под прикрытием полковых минометов советские штурмовые отряды медленно продвигались вперед, неся тяжелые потери от ружейно-пулеметного и артиллерийского огня противника. 25 октября 1-й сб 810-го сп овладел высотами 2938 м (г. Чвахра) и 3325 м. С этого момента в руках немцев оставался сам перевал Марух и проход по ущелью к его подножью. Снабжение дислоцированных там горных стрелков продовольствием, боеприпасами и снаряжением осуществлялось с северной стороны Главного Кавказского хребта по специально построенной для этого канатной дороге. 

Боевые действия разворачивались также в районе перевала Наур. В середине сентября немецкие горнострелковые подразделения начали накапливаться со стороны северных склонов Главного Кавказского хребта у истоков р. Псыш. Отдельные отряды противника выходили на перевал, завязывая перестрелки, а позиции 3-го сб 810-го сп все чаще подвергались авиаударам Люфтваффе. В это время на Наур прибыл заместитель командира 810-го сп 394-й сд майор Кириленко. По приказу командования основные силы батальона, покинув сравнительно удобные в бытовом отношении позиции на южных склонах перевала, были передислоцированы на его седловину. Контролируя проходы через перевал Наур, 3-й сб 810-го сп сорвал несколько попыток немецких отрядов проникнуть на территорию Абхазии. Так, согласно оперативной сводке штаба группы войск Марухского направления, «3.10.1942 г. подразделения 3/810 вели бои в районе перевала Наур с разведгруппами противника, в результате которых противник был отброшен на исходное положение». Аналогичные вылазки в расположение немецких войск совершали и советские разведгруппы.

После того, как на перевалах Главного Кавказского хребта выпал снег, обе стороны приступили к укреплению занимаемых рубежей и совершенствованию обороны. Основной состав частей и подразделений группы войск Марухского направления был снят с позиций и отведен в причерноморские города Абхазии. В районе перевала оставались лишь группы прикрытия. На передний край были выдвинуты сторожевые заставы автоматчиков, за которыми ярусами располагались узлы сопротивления с ручными и станковыми пулеметами и минометами. Между тем, продолжительное время открытым оставался вопрос обеспечения советских солдат необходимым обмундированием, продовольствием и медикаментами. По причине нехватки теплой зимней одежды среди бойцов начались обморожения, нередко со смертельным исходом. Из-за снежных бурь и метелей временно прекратилась доставка продуктов в горы, в результате чего в войсках вынужденно сократился дневной рацион питания (в отдельных подразделениях – две кружки чая и несколько сухарей в день). Долгое время на перевалах отсутствовала хорошо оснащенная медицинская служба, из-за чего тяжелораненых отправляли в приморские города Абхазии гужевым транспортом или самолетами. В связи со сложившейся ситуацией командованием 46-й армии был осуществлен ряд мероприятий, призванных улучшить бытовые условия находящихся в горах бойцов и командиров. Самолетами Р-5 и У-2 на передовую доставлялись теплые полушубки, валенки, шапки-ушанки, ватные штаны, шерстяные носки, а также консервы, селедка, сухари, шоколад, махорка, спирт и др. В районе Марухского перевала было открыто хирургическое отделение с операционной, расположившееся в специально обустроенной землянке. Благодаря этому прибывшие из штаба 394-й сд врачи производили сложные хирургические операции в непосредственной близости от линии фронта.

В ночь с 31 декабря 1942 г. на 1 января 1943 г. немцы подвергли советские позиции в районе Марухского перевала интенсивному обстрелу. Утром 1 января передовые посты доложили об отсутствии противника у подножья перевала. Высланная в срочном порядке рота автоматчиков подтвердила эти данные. Находящийся в разведке помощник начальника штаба 810-го сп, старший лейтенант Орехов доносил: «У подножья Марухского перевала противник не обнаружен. На южных склонах Марухского перевала замечено движение групп и отдельных солдат на север, в направлении Зеленчукской. Разведку продолжаю». Вскоре две советские разведгруппы перешли Главный Кавказский хребет и через пять дней пути вышли к п. Архыз и аулу Красный Карачай, незадолго до этого оставленному немцами.

В связи с изменившейся обстановкой командование 46 армии приказало 810-му сп и другим частям и соединениям бывшей группы войск Марухского направления сняться с занимаемых позиций и форсированным маршем прибыть в г. Сухум. На местах боев оставался лишь 12-й огсо, личный состав которого до сентября 1943 г. занимался погребением погибших советских воинов и сбором брошенного оружия. В конце сентября 12-й огсо прибыл в столицу Абхазии, после чего был расформирован. Бойцы отряда распределялись по разным воинским частям и были отправлены на различные участки фронта.

 

КЛУХОРСКИЙ ПЕРЕВАЛ: ОБОРОНА И НАСТУПЛЕНИЕ

 

Клухорский перевал располагается в 20 километрах к юго-востоку от Домбайской поляны, на высоте 2781 метр над уровнем моря. Издревле через хребет проходили торговые пути из Кавказского высокогорья к Чёрному морю. Название перевала одни ученые связывают с некогда обитавшим здесь племенем колхов. Другие исследователи полагают, что слово «клухор» произошло от абхазского «клыхура», что переводится на русский язык как «тесный проход». Через Клухор сейчас проходит граница России и Абхазии. Страны соединяет Военно-Сухумская дорога. На территорию перевала приходятся 45 километров серпантина. 

В 1942 г. немецкие офицеры были сбиты с толку нарисованной через Клухорский перевал дорогой, которая на деле оказалась разбитой просёлочной дорогой, а местами и вовсе пешей тропой. 

Клухорское операционное направление являлось для немецкого командования приоритетным. Из Карачаево-Черкесии через Клухорский перевал в долину р. Кодор и далее на юг, через селения Ажара, Чхалта, Лата, Амткел и Цебельда проходила Военно-Сухумская дорога, позволяющая 1-й гсд «Edelweiss» кратчайшим путем достичь побережья Черного моря, овладеть столицей Абхазии и отрезать от Закавказья советские войска, оборонявшие территории к северо-западу от г. Сухум. Именно на данном направлении было задействовано наибольшее количество частей 1-й гсд и именно здесь немцы имели возможность наладить стабильное снабжение своих наступающих войск по Военно-Сухумской дороге. Кроме того, с северной стороны Главного Кавказского хребта, в 7–8 км от п. Теберда, к Клухорскому перевалу подходила шоссейная дорога, допускавшая автомобильное движение по ней.

11 августа авангард 1-й гсд занял г. Черкесск и установил контроль над находящимся там мостом через р. Кубань. В состав немецкого передового отряда входили: 54-й разведывательный дивизион 98-го горнострелкового полка (командир – майор Э. Лаваль), взвод 54-го горно-саперного батальона 98-го гсп, 2-й горнострелковый батальон 98-го гсп (фактически в силе полубатальона в составе 6-й и 13-й горнострелковых рот 98-го гсп; командир – капитан Х. фон Хиршфельд), одна гср 98-го гсп (командир – капитан Х. Грот). 2-й гсб 98-го гсп, имевший дополнительное тяжелое вооружение, двинулся на юг, преодолев сопротивление советских войск в районе г. Микоян-Шахара (Карачаевск). После взятия города генерал-майор Х. Ланц боевым приказом от 12 августа 1942 г. поставил 1-й гсд следующие задачи: «1-я горнострелковая дивизия сосредотачивается в районе Кардоникская, Черкесск и наступает через перевалы Клухор, Донгуз-Орун в направлении Черного моря. Передовому отряду Лаваля, усиленному полубатальоном фон Хиршфельда и альпийской ротой Грота, уничтожить силы противника…, захватить перевалы Клухор, Нахар и удерживать их до подхода дивизии. Особая задача для альпийской роты Грота – см. Приложение». 12 августа боевая группа фон Хиршфельда овладела п. Теберда, захватив 23 орудия, 2 танка, 96 грузовиков и 180 бронемашин. 15 августа немцы продолжили наступление, ведя бои с отходящими по Военно-Сухумской дороге советскими частями. К вечеру 13 августа боевая группа фон Хиршфельда вышла к туристическому лагерю «Северный приют», располагавшемуся у подножья Клухорского перевала.

К моменту подхода немецких войск на вершине Клухорского перевала (2781 м) находились 2-я и 3-я стрелковые роты 1-го стрелкового батальона 815-го стрелкового полка 394-й сд (командир батальона – старший лейтенант Наумов), два пулеметных взвода, минометный взвод, ПТР и штаб 1-го сб 815-го сп общей численностью в 273 чел. На южных склонах перевала дислоцировались 5-я ср 2-го сб 815-го сп и 1-я ср 1-го сб 810-го сп общей численностью в 208 чел. Находящийся неподалеку перевал Нахар (2885 м) обороняла 7-я ср 3-го сб 815-го сп численностью в 105 чел. Кроме того, в окрестностях перевалов Клухор и Нахар находился отступивший из п. Теберда стрелковый взвод 1-й ср 1-го сб 815-го сп в количестве 40 чел., а также отступившая из района слияния рек Гончахир и Аманауз группировка в составе одной ср (без одного взвода), пулеметного взвода, минометного взвода, ПТР общей численностью в 107 чел. Всего на оборону Клухорского направления было задействовано 733 чел. из 815-го сп. Вооружение: 523 винтовки, 39 ручных и 6 станковых пулеметов, 11 минометов, 33 автомата, 11 ПТР.

Для осуществления штурма Клухорского перевала немецким командованием были сформированы две группы, в состав каждой из которых входил взвод с высокогорным снаряжением, взвод егерей, взвод станковых пулеметов и взвод тяжелых минометов. В то время, как отряд под командованием капитана Пессингера должен был провести отвлекающую атаку с фронта, группа обер-лейтенанта Нойхаузера имела целью скрытно обойти советские позиции на Клухоре и внезапным ударом с тыла сбросить противника с перевала. 14 августа обе группы приступили к реализации плана, выйдя на исходные рубежи после тяжелого многочасового восхождения. Установив состав, численность и места дислокации советских войск, находящихся на вершине перевала и на его южных склонах, отряд обер-лейтенанта Нойхаузера нанес по ним огневой удар с применением минометов, пулеметов и ручного стрелкового оружия. Опасаясь полного окружения и последующего уничтожения, подразделения 1-го сб 815-го сп начали организованный отход двумя группами, каждая из которых поочередно прикрывала другую огнем. Группа капитана Пессингера немедленно начала наступление с фронта и к вечеру 14 августа овладела Клухорским перевалом. Вскоре, из-за угрозы оказаться отрезанной от главных сил, 7-я ср 3-го сб 815-го сп оставила перевал Нахар.

Преследуя отступающие советские войска, боевая группа фон Хиршфельда в составе 6-й гср 2-го гсб 98-го гсп, 6-й гср 2-го гсб 99-го гсп, 2-й роты 54-го горного батальона (спешенные мотоциклисты) с многочисленными пулеметными и минометными взводами начала спуск с Клухорского перевала, следуя долиной р. Южный Клухор. Вслед за ней двинулся 3-й гсб 98-го гсп (командир – майор И. Зальмингер). Одновременно с этим вышедший из п. Учкулан 2-й гсб 99-го гсп (командир – майор А. Зейц) проследовал долиной р. Махар-Су, взял перевал Нахар и спустился на его южные склоны. За ним последовала группа капитана Майера из состава 99-го гсп. Тем временем главные силы 98-го гсп продвигались по долине р. Теберда к Клухорскому перевалу, а главные силы 99-го гсп – долиной р. Кубань к перевалу Донгуз-Орун и г. Эльбрус. По причине обострившейся болезни командира 98-го гсп полковника Э. Пикера, его обязанности  временно принял на себя командир 99-го гсп полковник Г. Кресс.  

Ввиду слабого обеспечения связи, в штабе 46-й армии Закавказского фронта стало известно о взятии немцами перевалов Клухор и Нахар лишь спустя два дня после описываемых событий. С двухдневным опозданием об этом было доложено и Сталину, пришедшему в ярость от неподготовленности Главного Кавказского хребта к обороне и слабости работы Оперативного Управления Генштаба ВС СССР. По указанию Ставки Верховного Главнокомандования Военсовет Закавказского фронта провел ряд мероприятий по укреплению обороноспособности Клухорского и других операционных направлений. Для эффективного управления войсками штаб 46-й армии был переведен из г. Кутаиси в г. Сухуми. Командующий Закавказским фронтом, генерал армии И. Тюленев потребовал от командующего 46-й армией генерал-майора В. Сергацкова незамедлительно направить в район боевых действий горнострелковые и стрелковые отряды, установить связь с разрозненными разбитыми частями и подразделениями, переформировать их и ввести в бой. 18 августа на Клухорское направление была брошена рота автоматчиков под командованием старшего лейтенанта Жукова и рота ПТР под командованием лейтенанта Крыжановского. К 12.00 того же дня на передовую прибыла 5-я ср 2-го сб 815-го сп. Однако продвижение воинских групп шло медленно, а в это время немецкие подразделения продолжали спускаться на южные склоны Клухорского перевала. К 19.00 горные стрелки фон Хиршфельда вышли в район слияния рек Южный Клухор – Нахар, систематически обстреливая позиции советских войск из пулеметов и минометов. Пытаясь задержать продвижение немцев, 1-й сб 815-го сп занял оборону на рубеже 2 км южнее перевала Нахар. Около 23.00 он был атакован силою до двух горнострелковых рот и понес большие потери, в результате которых численность личного состава батальона сократилась до 70 чел. 19 августа в результате активных действий противника 1-й сб 815-го сп был почти полностью уничтожен. Остатки батальона в количестве 17 чел. спустились к Южному приюту. В период с 15 по 19 августа в боях за Клухорский и Нахарский перевалы потери советских войск составили 239 чел. убитыми, 34 ранеными и 3 пропавшими без вести.

19 августа на Клухорское направление было брошено Сухумское военно-пехотное училище, 20 августа – отряды № 5 и № 6 численностью 51 и 300 чел. К исходу 21 августа в районе сел Ажара и Чхалта сосредоточился отряд НКВД НР-6 численностью 300 чел., а также сводный отряд СВПУ и маневренной группы 36-го Сухумского погранотряда. В район боевых действий спешил 3-й сб 1-го Тбилисского военно-пехотного училища (командир – капитан Бабаян). В распоряжение 956-го артиллерийского полка 394-й сд был передан переброшенный из г. Батуми 3-й дивизион 256-го артполка 9-й гсд (командир – майор А. Калинин).

В 18.00 19 августа с марша в бой был введен отдельный учебно-стрелковый батальон 394-й сд (командир – капитан М. Агаев), который до 22 августа вел тяжелые бои с превосходящими силами противника, медленно отходя на юг. Около 6.00 20 августа немцы предприняли наступление по ущелью р. Клыч, однако к 9.00 были остановлены. К 13.00 21 августа противник начал обход левого фланга обороны советских войск и снова был отброшен. Немецкие подразделения стали сосредотачиваться на южном скате Водопада, на правом берегу р. Клыч. За Южной палаткой оборонялся отдельный учебно-стрелковый батальон 394-й сд, потери которого к 8.00 22 августа составили 255 чел. К исходу того же дня на подкрепление данного батальона прибыл отряд СВПУ (командир – лейтенант Л. Худобин), остановивший наступление противника. Только в отдельном учебно-стрелковом батальоне 394-й сд, где по штатному расписанию числилось 524 чел., потери личного состава в период с 20 по 25 августа составили 447 чел.

Столкнувшись с упорным сопротивлением, немецкое командование приняло решение осуществить глубокий обходной маневр по склонам ущелья, выйти к слиянию рек Клыч и Гвандра, нанести удар по штабам 815-го сп и 394-й сд в районе с. Генцвиш, дезорганизовать советскую оборону на Клухорском направлении и развить наступление на юг. Операция началась утром 27 августа. В то время как боевая группа майора Х. фон Хиршфельда, усиленная 3-м гсб 99-го гсп сковывала противника с фронта, полковник Кресс направил 2-й гсб 98-го гсп для обхода советских позиций с левого фланга. Обходной маневр оказался легко осуществимым, т.к. командир 815-го сп, майор А. Коробов сосредоточил силы только на дне ущелья у дороги, не прикрыв склоны и проходящие по ним тропы. К 9.00 27 августа 2-й гсб 98-го гсп вышел в тыл советских войск в районе моста у слияния рек Клыч и Гвандра, перерезал связь между штабами 815-го сп и 394-й сд, создав угрозу их захвата. В связи со сложившейся ситуацией советское командование ввело в бой недавно подошедший на линию фронта 121-й гсп 9-й гсд (командир – майор И. Оршава; с 3 сентября 1942 г. – майор М. Агаев). В ходе двухдневных боев он окружил, контратаковал, а затем рассеял прорвавшегося противника. Потери немцев составили 110 чел. убитыми и ранеными, при этом несколько десятков горных стрелков попало в плен. Благодаря решительным действиям 121-го гсп, отряда курсантов СВПУ и штабной роты 394-й сд немецкое наступление на Клухорском направлении потерпело неудачу.

29 августа немцы предприняли очередную попытку пробиться на юг по ущелью р. Клыч. Чтобы не допустить выхода противника к ущелью р. Гвандра, в бой был введен 220-й кавалерийский полк 63-й кавалерийской дивизии (командир – майор Р. Ракипов). 815-й сп без 6-й и 8-й ср продолжал оборонять занимаемые рубежи по левому берегу р. Клыч. Их поддерживала артиллерийская батарея и батарея 107-мм минометов. 121-й гсп с 6-й и 8-й ср 815-го сп обороняли рубеж по правому берегу р. Клыч на линии Водопада и г. Хутия (3513 м). В тот же день 29 августа в 1.00 1-я гср 2-го высокогорного батальона 1-й гсд «Edelweiss» при поддержке минометов овладела г. Домбай-Ульген (4046 м).

Исходя из сложившейся обстановки, советское командование приняло решение провести на Клухорском направлении масштабное контрнаступление и отбросить противника из долины р. Клыч к перевалам Клухор и Нахар. Операцию возглавил командир 394-й сд полковник П. Велехов, сменивший 2 сентября подполковника И. Кантария. Атака советских войск началась утром 3 сентября. Наступавший по левому берегу р. Клыч 815-й сп продвинулся вперед на 900 м, а действующий по правому берегу р. Клыч 121-й гсп – на 400 м. На 400 м удалось продвинуться взводу отдельного учебно-стрелкового батальона 394-й сд и взводу СВПУ, действовавшим на левом фланге. Подошедший 220-й кп и отряд альпинистов А. Гусева, прикрывая хребет Клыч, стремились выйти на ведущую в тыл противника Клухорскую тропу и перерезать ему пути отхода. 4 сентября действовавшая в первом эшелоне с правого фланга 1-я ср 121-го гсп продвинулась на 600 м. и подошла к т.н. Желтой сопке. Действовавшая во втором эшелоне 5-я ср 815-го сп обошла второй Водопад, продвинувшись на 500 м. Наступавшая с левого фланга 5-я ср 121-го гсп также продвинулась на 500 м. Одновременно с этим 7-я ср 815-го сп не допускала выхода противника в долину р. Сакен, а 4-я ср 815-го сп – в долину р. Гвандра, прикрывая хребет Клыч. В результате наступления советских войск и создавшейся угрозы окружения немецкой группировки в случае выхода 220-го кп на Клухорскую тропу, командир 99-го гсп 1-й гсд полковник Кресс был вынужден в ночь с 6 на 7 сентября отвести главные силы из ущелья р. Клыч к перевалам Клухор и Нахар, предварительно заминировав подходы к ним.

Успешно проведенное советскими войсками контрнаступление от с. Генцвиш по ущелью р. Клыч и бой на хребте Клыч явились важной предпосылкой для развития дальнейших событий на Клухорском направлении. В 16.00 9 сентября передовые части Клухорской группы войск вошли в боевое соприкосновение с противником у теснины, образованной склонами хребта Клыч неподалеку от его соединения с Главным Кавказским хребтом и боковым хребтом, идущим на юг от г. Хакель (3645 м). За тесниной находилось ущелье, дорога из которого серпантином поднималась к Клухорскому перевалу. Выше теснины, по узкому, пробитому в скалах выступу, тропа вела на перевал Нахар. Над данным участком Военно-Сухумской дороги господствовали склоны Главного Кавказского хребта, занятые противником. Выбранный немцами оборонительный рубеж оказался исключительно выгодным, поскольку позволял им держать под прицельным пулеметным и минометным огнем практически все подходы к перевалам Клухор и Нахар. Так, 12 сентября противник сорвал попытку 9-й ср 121-го гсп и отряда СВПУ продвинуться к южным склонам перевалов. Осознавая, что фронтальный штурм хорошо укрепленных немецких позиций вызвал бы большие потери среди личного состава и почти наверняка закончился бы неудачей, советское командование приняло решение нанести на Клухорском направлении два комбинированных удара. Утром 13 сентября отряд альпинистов под командованием А. Гусева начал обходной маневр, имея целью продвинуться по ущелью р. Гвандра, подняться на хребет Клыч, перейти Главный Кавказский хребет и к вечеру 14 сентября подойти к перевалу Нахар, находясь в готовности атаковать его со стороны северных склонов. Одновременно с этим рота 121-го гсп, усиленная несколькими подразделениями из других частей, готовилась пробиться через теснину и атаковать перевал Нахар со стороны его южных склонов. Совместные действия обоих воинских групп начались в 6.30 15 сентября. В то время как отряд альпинистов завязал перестрелку в тылу противника, усиленная рота 121-го гсп вышла на гребень перевала Нахар и укрепилась в оставленных немцами укрытиях и блиндажах. Однако из-за сильного огневого сопротивления противника отряд альпинистов был вынужден отступить в расположение штаба 394-й сд, а усиленная рота 121-го гсп – в долину р. Клыч. Операция по овладению перевалом Нахар потерпела неудачу.

Во второй половине сентября Клухорская группа войск предпринимала неоднократные попытки прорваться через теснину и выбить немцев с перевалов Клухор и Нахар. Ведение боев в горах затрудняли дожди, оползни и разливы рек. Не приносили ожидаемого эффекта и действия небольших отрядов, призванных ликвидировать огневые точки противника на склонах теснины. Подобные группы могли передвигаться только ночью и нередко наталкивались на вражеские засады. Исходя из сложившейся обстановки, советское командование разработало план глубокого флангового обхода и последующего разгрома оборонявшей теснину немецкой группировки. 24 сентября отряд альпинистов под командованием А. Гусева приступил к его реализации, имея целью пройти по ущелью р. Симпли-Мипари и подняться на боковой хребет, идущий на юг от г. Хакель, в районе г. 3061 м; впоследствии быть готовым спуститься в долину р. Клыч, атаковать и отрезать от перевала Клухор группировку противника в теснине. 25 сентября отряд альпинистов вышел на гребень г. 3061 м и вступил в бой с немецкой горнострелковой ротой, поднимавшейся на высоту с противоположной стороны хребта. Вплоть до 28 сентября противник предпринимал неоднократные попытки выбить альпинистов А. Гусева с занимаемых позиций, однако после провала нескольких штурмов был вынужден отойти. Рассматривая гребень хребта как один из исходных рубежей для предстоящего наступления, советское командование довело численность находящейся на нем группировки до 400 чел. Данные подразделения вели разведку системы немецкой обороны, изучали пути безопасного спуска в тыл противника в район слияния рек Клыч, Южный Клухор и Нахар, обстреливали из минометов места скопления живой силы немцев, корректировали огонь полковой артиллерии. Осознав степень создавшейся угрозы, противник установил против усиленного альпинистского отряда заслон численностью до одной гср.

Тем временем главные силы Клухорской группы войск продолжали подготовку к наступлению. В конце сентября 121-й гсп, понесший значительные потери в полуторамесячных боях, отводился в г. Батуми. На смену ему вернулся доукомплектованный 815-й сп. На Клухорское направление также прибыл 1-й отдельный горнострелковый отряд (командир – капитан П. Марченко, комиссар – старший лейтенант И. Голота, начальник штаба – капитан В. Клименко), предназначенный для ведения боевых действий в высокогорной местности. Задействованные на данном направлении части и подразделения пополнялись личным составом, вооружением, боеприпасами, продовольствием и медикаментами.

После окончания концентрации сил и средств на исходных рубежах командование Клухорской группы войск приняло решение о начале операции. Согласно плану, в ночь с 10 на 11 октября отряд курсантов СВПУ из 120 чел. под командованием капитана Л. Худобина, разбившись на группы по 10-15 чел., незаметно для противника должен был спуститься в ущелье р. Клыч и перекрыть его в районе урочища Большой Камень. Затем 60 чел. из отряда Худобина, возглавляемые лейтенантом Воробьевым, должны были атаковать немецкие позиции вниз по ущелью, в то время как остальные 60 чел. имели задачу предотвратить попытки противника оказать помощь окруженным со стороны перевала Клухор. Роту горных стрелков, охранявшую выход из ущелья р. Безымянная, предполагалось ликвидировать путем подрыва заранее установленного 100-киллограмового заряда аммонала на отвесных стенах г. 3061 м, обращенных к немцам. Устранить заслон, направленный против советской группировки на боковом хребте, идущем на юг от г. Хакель, поручалось отряду из 20 чел. под командованием сержанта Иванова. Одновременно с этим наступление на теснину должен был начать 815-й сп.

В 4.00 11 октября подрыв скалы на г. 3061 м известил о начале операции. Артиллерия 815-го сп произвела непродолжительный, но интенсивный огневой налет по оборонявшим теснину артиллерийским, минометным и пулеметным точкам немцев. Действуя согласно плану, отряды Худобина и Воробьева вышли в тыл противника, нанеся скоординированные удары в районе урочища Большой Камень и у северного входа в теснину. Одновременно с этим 815-й сп атаковал теснину с юга. Не выдержав натиска советских войск, уцелевшие остатки немецкого гарнизона поспешно отступили на перевалы Клухор и Нахар, бросив вооружение, обмундирование и боеприпасы. Потери противника составили до 50 убитых и 12 пленных.

В середине октября в горах Абхазии резко ухудшились погодные условия. На перевалах Главного Кавказского хребта выпал снег толщиной до 2 м, значительно понизилась температура, усилились бураны, метели, участились обвалы. Ведение активных боевых действий в подобной обстановке становилось крайне затруднительным. 19 октября командование 46-й армии приняло решение отвести основные силы Клухорской группы войск во второй эшелон, выделив для долговременной обороны занимаемых рубежей группы боевого охранения из состава 815-го сп и 1-го огсо. С немецкой стороны им противостояли следующие силы: на перевале Нахар – горнострелковый взвод с 2 минометами и 2 горными орудиями, на перевале Клухор – усиленная горнострелковая рота с минометами и артиллерийской батареей, на г. Домбай-Ульген – два горнострелковых взвода с минометной батареей. Обе стороны укрепляли оборону, вели разведку и визуальное наблюдение, периодически обстреливая позиции противника из пулеметов, минометов и горных орудий. Из-за глубокого снежного покрова существенно усложнилось сообщение штабов 815-го сп и 394-й сд с высокогорными гарнизонами и их снабжение, участились случаи летального исхода в результате обморожений и сходов лавин. Вскоре командование 394-й сд было вынуждено предпринять ряд экстренных мер по предотвращению гибели солдат. На Клухорском и ряде других направлений были проинспектированы все части и подразделения, дислоцированные выше отметки 1500 м. В районах расположения советских войск была оценена степень лавинной опасности, произведена маркировка отдельных участков дорог, указаны опасные места и направления возможного схода лавин, намечены безопасные пути отхода. Личный состав был проинструктирован о способах постройки укрытий от ветра и мороза, об утеплении землянок, а также о мерах, предупреждающих обморожения. Параллельно продолжалось строительство разборных домиков для высокогорных гарнизонов, действовала школа военного альпинизма и горнолыжного дела, шло обучение горных войск Закавказского фронта.

К началу 1943 г. стратегическая обстановка на южном фасе советско-германского фронта благоприятствовала началу здесь широкомасштабного контрнаступления Красной Армии. Войска Сталинградского фронта (1 января 1943 г. переименован в Южный фронт) вышли на рубеж Лозной – Приютное, создав угрозу изоляции всей немецкой группировки на Кавказе в случае осуществления прорыва к г. Ростову-на-Дону. 3 января был освобожден г. Моздок, 4 января – г. Нальчик. В сложившихся условиях удержание немцами перевалов Главного Кавказского хребта становилось бессмысленным, поскольку грозило им окружением и последующим уничтожением. Опасаясь повторения Сталинградской катастрофы 6-й армии генерал-фельдмаршала Ф. Паулюса, Гитлер согласился на постепенный отход группы армий «А» к новым рубежам обороны в районе г. Краснодара. Немецкие горные стрелки начали оставлять занимаемые позиции, вливаясь в общий поток отступавших с Кавказа частей и соединений.

3 января 1943 г. в районе Клухорского перевала советской авиаразведкой было установлено наличие 6 домиков и 10 чел. пехоты. 8 января на перевале было замечено 6 очагов пожара – горящих землянок. 14 января разведка не обнаружила противника на вершине Клухорского перевала и оз. Клухор, где немцами было оставлено два склада с боеприпасами и продовольствием. Местность вокруг обоих складов была тщательно заминирована. В 12.00 19 января советская разведгруппа, действовавшая к северо-западу от Клухорского перевала, вошла в оставленный противником п. Теберда. Боевые действия на Клухорском направлении подошли к концу.

 

ЖЕСТОКИЕ БОИ НА САНЧАРСКОМ ПЕРЕВАЛЕ

 

Санчарский перевал (Санчара-оху, Санчаро) — перевал на высоте 2589 м в Западном Кавказе. С августа 1942 г. по январь 1943 г. на Санчарском перевале происходили битвы между 49-м горнострелковым корпусом генерала Рудольфа Конрада с двумя румынскими горнострелковыми дивизиями с одной стороны, и частями 46-й армии Закавказского фронта с другой. Перевал несколько раз переходил из рук в руки.

Немецкое командование придавало Санчарскому операционному направлению особое значение. На данном участке фронта предполагалось осуществить прорыв к побережью Черного моря через перевалы Главного Кавказского, а затем и Бзыбского хребта, выйти к гг. Сухум и Гудаута, оказывая активное содействие продвижению 1-й гсд «Edelweiss» на Клухорском и Марухском направлениях. 

В десятых числах августа 1942 г. 4-я гсд «Enzian» под командованием генерал-лейтенанта К. Эгльзеера подошла к северным склонам Главного Кавказского хребта. В то время, как 91-й гсп 4-й гсд (командир – полковник В. Штеттнер фон Грабенхофен) преследовал отступавшие советские войска долиной р. Большая Лаба, следовавший во втором эшелоне 13-й гсп 4-й гсд (командир – полковник И. Бухнер) продвигался долиной р. Зеленчук. Вскоре И. Бухнер направил в район перевалов Наур и Марух боевую группу из состава 13-го гсп, имеющую целью обеспечить стык флангов 4-й и 1-й гсд. Главные же силы 13-го гсп были брошены на запад, и их передовые подразделения 22 августа соединились с 91-м гсп южнее с. Коши. В тот же день командир 49-го гск генерал Р. Конрад поставил перед 4-й гсд новую задачу: выделить штаб 13-го гсп, придать ему ряд прибывающих частей дивизии и направить данную боевую группу через Умпырский перевал (2528 м) в долину рек Малая Лаба и Уруштен для овладения перевалами Псеашхо (2014 м) и Аишха (2401 м), создать условия для дальнейшего наступления на г. Адлер. В результате перегруппировки сил на основе 91-го и 13-го гсп были созданы две боевые группы, при этом состав обоих полков подвергся значительным изменениям.

Тем временем сформированная на основе 91-го гсп боевая группа полковника В. Штеттнера подошла к перевалам Адзапш (2497 м), Санчаро (2589 м) и Аллаштраху (2723 м). В ее состав входили:

1) Штаб 91-го гсп с взводом разведки, врачом и санитарным отделением, тремя высокогорными разведывательными отделениями и саперным взводом 1-й гср 94-го горного саперного батальона;

2) 3-й гсб 91-го гсп: штабная рота (взвод связи, саперный взвод, взвод легких пехотных орудий – два 75-мм легких пехотных орудия), рота тяжелого вооружения (взвод станковых пулеметов, в каждом – по три пулеметных отделения, т.е. 6 станковых пулеметов; минометный взвод – два минометных отделения по четыре 81-мм миномета), три горнострелковые роты, в каждой – по три взвода по четыре отделения (12 ручных минометов), в каждой роте – отделение станковых пулеметов (2 станковых пулемета). В каждой роте также находилось одно минометное отделение (два 81-мм миномета). Общая численность 3-го гсб 91-го гсп – 900 чел., боевая численность – около 550 чел.;

3) 2-й гсб 13-го гсп – состав приблизительно такой же, как и у 3-го гсб 91-го гсп;

4) Приданная артиллерийская группа: штаб и взвод связи, артиллерийский взвод 1-го артдивизиона 94-го горно-вьючного артполка (два 75-мм горных орудия), два артиллерийских взвода 2-го артдивизиона 94-го горно-вьючного артполка (четыре 75-мм горных орудия). Численность: 250 чел. и 80 вьючных животных.

Нельзя утверждать, что наступление противника на Санчарском направлении являлось для командования 46-й армии Закавказского фронта неожиданностью, однако предпринятые им контрмеры оказались недостаточными и запоздавшими. Лишь в середине августа 1942 г. было принято решение о создании сводного отряда «Псху» в составе 1-го сб 808-го сп 394-й сд (командир батальона – капитан Бакрадзе) и оперативной группы, состоящей из бойцов истребительных батальонов г. Сухум и Сухумского районов (командир – старший оперуполномоченный Сухумского райотдела НКВД П. Абрамов). Отряд был направлен в горы для минирования проходов, перекрытия троп и обороны перевалов от Цегеркера до Аджра. Основной его состав, однако, не успел прибыть к месту назначения в назначенный срок. Подойдя к перевалу Санчаро 20 августа, 1-я ср 1-го сб 808-го сп закреплялась на нем в течение четырех суток. Бойцы роты имели возможность наблюдать, как из Карачаево–Черкессии в Абхазию отходили беженцы, разрозненные группы выходивших из окружения советских солдат, а также воинские подразделения, сумевшие сохранить относительную боеспособность. Так, 23 августа через перевал Санчаро перешел 25-й пограничный полк НКВД (командир – полковник В. Архипов, комиссар – А. Курбатов), а вслед за ним – 2-й сводный стрелковый полк (командир – капитан В. Ройзман, комиссар – старший политрук Леонов). В ходе отступления оба полка понесли значительные потери и насчитывали менее половины от своей штатной численности (25-й пограничный полк НКВД – около 600 чел., 2-й сводный сп – около 400 чел.). Несмотря на критическую обстановку, сложившуюся в связи с угрозой захвата перевала немцами, полковник В. Архипов и капитан В. Ройзман приняли решение спуститься в долину р. Бзыбь и продолжить отход в г. Сухум. Таким образом, находившееся на перевале Санчаро слабое советское прикрытие лишалось последней возможности не только удержать занимаемые позиции, но и вообще сохранить себя как боевую единицу.

Советские войска обороняли и другие перевалы Санчарского направления. Так, перевал Цегеркер (2265 м) оборонял 1-й стрелковый взвод 1-й ср 2-го сб 808-го сп, пулеметное и минометное отделения. Взвод из 60 чел. имел на вооружении 53 винтовки, 2 ручных и 1 станковый пулемет. Перевал Чамашха (2052 м) обороняла 2-я ср 1-го сб 808-го сп, насчитывающая 125 чел. Вооружение: 30 винтовок, 4 ручных пулемета, 4 автомата. Перевал Доу (1390 м) оборонял 1-й сб 808-го сп (без одного взвода), насчитывающий 410 чел. Вооружение: 250 винтовок, 14 ручных и 3 станковых пулемета, 4 миномета, 8 автоматов, 2 ПТР. Перевалы Адзапш, Аллаштраху и Гудаутский не оборонялись вообще, что представляло существенную угрозу для советской оборонительной линии в горах.

Дальнейшие события лишь подтвердили наиболее пессимистические прогнозы. 23 августа 2-й гсб 13-го гсп 4-й гсд «Enzian» занял перевал Адзапш и вышел на его южные склоны. 25 августа 3-й гсб 91-го гсп 4-й гсд «Enzian» занял перевалы Аллаштраху и Санчаро, после непродолжительного боя сбив с последнего 1-ю ср 1-го сб 808-го сп 394-й сд. Затем командир 3-го гсб 91-го гсп повернул главные силы на запад, на маршрут 2-го гсб 13-го гсп. Оба немецких батальона устремились в долину р. Бзыбь.

В связи с изменением обстановки командование 46-й армии приняло решение о формировании группы войск Санчарского направления под командованием заместителя командующего 46-й армии, полковника НКВД И. Пияшева (комиссар – майор Рудой). Данное оперативно-тактическое объединение должно было остановить, а затем отбросить боевую группу Штеттнера к Главному Кавказскому хребту. В состав группы войск Санчарского направления вошли Сухумский, Гудаутский и Гагрский отряды, а также сводный отряд «Псху». В состав Сухумского отряда вошли: отряд Сухумского военно-пехотного училища численностью 400 чел., а впоследствии и 25-й пограничный полк НКВД. Начальником отряда был назначен майор П. Шалимов. Поставленная задача: выйти к с. Псху через перевал Доу и нанести удар по противнику. В состав Гудаутского отряда вошли: 4-й сб 155-й осбр, усиленный 107-мм минометами и взводом автоматчиков. Начальником отряда был назначен командир 4-го сб 155-й осбр, старший лейтенант Шестак. Поставленная задача: следовать из с. Аацы в урочище Гунурхва, через Гудаутский перевал выйти к с. Псху, затем – к перевалу Санчаро для нанесения удара по противнику. Гагрский отряд состоял из 2-го и 4-го сб Тбилисского военно-пехотного училища в количестве 300 чел. под командованием майора И. Тесленко. Поставленная задача: следовать из г. Гагра в район оз. Рица, затем в пешем порядке через перевал Анчхо (2031 м) выйти к перевалу Адзапш и совместно с 4-м сб 155-й осбр и отрядом СВПУ атаковать противника на перевале Санчаро.

Тем временем, после получения известия о прорыве немцев через перевалы Адзапш, Санчаро и Аллаштраху, в с. Псху началась активная подготовка к обороне. 25 августа в центр села прибыла сводная группа, сформированная из бойцов истребительных батальонов г. Сухум и Сухумского района. В исполнении приказа командования НКВД Абхазской АССР о создании в селе местного отряда самообороны, был сформирован Псхинский стрелковый взвод истребительного батальона Сухумского района, первоначально насчитывающий 25, а затем до 50 чел. (командир – председатель колхоза с. Псху А. Шишин). В ночь с 25 на 26 августа бойцы взвода выступили навстречу противнику и заняли оборону в районе слияния рр. Ахей и Баул, стремясь на максимально длительное время задержать продвижение передовых частей боевой группы Штеттнера. После интенсивного огневого контакта с разведывательными дозорами 2-го гсб 13-го гсп защитники села были вынуждены отступить. 26 августа немцы заняли хутор Санчара. Осознавая, что удержать занимаемые позиции имеющимися силами не представляется возможным, советское командование отдало приказ об общем отходе к мосту через р. Бзыбь и хутору Решевье.

К утру 27 августа 2-й гсб 13-го гсп занял с. Псху, впоследствии переименованное горными стрелками Штеттнера в «Айнедсбах» – «Глухомань у ручья». Подошел 3-й гсб 91-го гсп, но, учитывая незнание немцами численности и состава противостоявших им советских войск, еще неразведанную местность и растянутые фланги, командиры обоих батальонов временно приостановили наступление. Немецкая боевая группа заняла оборону с трех сторон, чтобы обеспечить доставку боеприпасов, продовольствия и медикаментов. Постоянно поступали сообщения от разведывательных дозоров, действующих далеко впереди и на флангах. Допросы военнопленных подтверждали сообщения, что перед боевой группой Штеттнера находится лишь прикрытие, стремящееся выиграть время для создания оборонительной линии на северных склонах Бзыбского хребта. После тщательного взвешивания всех факторов полковник Штеттнер принял решение атаковать противостоящие ему советские войска и овладеть перевалами Ачавчар (1795 м), Доу (1390 м) и Гудаутский (1566 м).

Около 12.00 27 августа 2-й гсб 13-го гсп направился по долине р. Бзыбь на юго-восток, имея целью захватить мост, расположенный в 8 км от с. Псху. Около 15.00 немцы наткнулись на бойцов сводного отряда из состава истребительных батальонов г. Сухум и Сухумского района, а также 1-го сб 808-го сп, занявших оборону на правом берегу р. Бзыбь, у хутора Решевье. Советским солдатам удалось отразить атаку противника, однако к тому времени подошел 3-й гсб 91-го гсп, прошедший следом за 2-м гсб 13-го гсп более 4 км. Понимая, что дальнейшее удержание позиций на правом берегу р. Бзыбь теряет смысл, командование сводного отряда отвело войска на левый берег реки, к подножью перевала Доу, спешно приступив к возведению там окопов и блиндажей. В сложившейся ситуации важнейшей задачей становилось перекрытие противнику путей на перевалы Доу и Ачавчар до подхода ожидаемых подкреплений из г. Сухум.

В ночь с 27 на 28 августа немецкие горные саперы во время привала 3-го гсб 91-го гсп возвели переправу через р. Бзыбь. К утру 28 августа батальон по наведенному мосту перешел на левый берег реки, после чего разделился на две части. 13-я гср 91-го гсп под прикрытием минометного и пулеметного огня атаковала позиции, занимаемые сводным отрядом из состава истребительных батальонов г. Сухум и Сухумского района, а также 1-го сб 808-го сп. Несмотря на упорное сопротивление, немцам удалось потеснить советских бойцов и создать на правом берегу р. Бзыбь плацдарм для наступления 2-го гсб 13-го гсп на перевалы Доу и Ачавчар. Одновременно с этим главные силы 3-го гсб 91-го гсп устремились к Гудаутскому перевалу. Около 9.30 передовое охранение немцев повстречало пастуха, сообщившего о приближении со стороны южных склонов перевала группы советских солдат численностью до батальона. Командир 3-го гсб 91-го гсп майор Гротер немедленно направил наверх взвод из 30 горных стрелков 12-й гср 91-го гсп. В 10.00 им удалось выйти на вершину перевала. Вскоре подоспели главные силы 3-го гсб 91-го гсп, приступившие к укреплению обороны и организации боевого охранения. Немецкие разведывательные дозоры стали спускаться в направлении сс. Ачандара и Аацы. Боевая группа Штеттнера получила возможность нанести удар по ряду сел Гудаутского района и выйти к побережью Черного моря по направлению Гудаута – Приморское. Кроме того, в случае успешного штурма перевала Доу или Ачавчар перед немцами открывалась дорога на г. Сухум. В районе перевалов Бзыбского хребта создавалось критическое положение, требующее от командования 46-й армии незамедлительного принятия эффективных контрмер.

В это время из с. Ачандара к Гудаутскому перевалу двигался истребительный батальон Гудаутского района в количестве 120 чел. под командованием заместителя начальника районного отдела НКВД, капитана Р. Губаз. В урочище Гунурхва он соединился с 4-м сб 155-й осбр (командир – старший лейтенант Шестак, комиссар – В. Короткой), следовавшим из с. Аацы. Около 14.00 28 августа оба подразделения попали в засаду, устроенную спустившимся с Гудаутского перевала немецким разведывательным отрядом. В завязавшемся бою следовавший в авангарде 4-й сб 155-й осбр понес большие потери и остановился. В сложившейся ситуации командование 46-й армии поставило задачу 307-му сп 61-й сд (командир – полковник С. Кузнецов) выдвинуться из с. Аацы в район урочища Абгалара и совместно с 4-м сб 155-й осбр уничтожить противника. Были предприняты меры, чтобы немцы не проникли к побережью Черного моря через другие тропы (н.п. перевал, находящийся к северу от с. Дурипш, был перекрыт войсковым отрядом численностью 300 бойцов под командованием М. Адлейба). 29 августа истребительный батальон Гудаутского района получил от командира 4-го сб 155-й осбр задачу провести разведку сил и огневых средств противника. Под командованием Р. Губаз был сформирован сводный отряд, в который вошли 21 чел. из состава истребительного батальона Гудаутского района и 12 чел. из состава 4-го сб 155-й осбр. Вечером того же дня советские бойцы проникли в тыл 3-го гсб 91-го гсп, но были замечены противником, начавшим интенсивный обстрел и тем самым обнаружившим свои огневые точки. После получения сведений о местах дислокации и предполагаемой численности находящихся на Гудаутском перевале немецких войск сводный отряд вернулся на базу. В ходе рейда также было отбито и отдано колхозу Ачандарского сельсовета 300 голов рогатого скота, ранее захваченного противником на горном пастбище. При выполнении боевой задачи отличились бойцы и командиры истребительного батальона Гудаутского района: С. Агрба, З. Ампар, А. Барганджия, Д. Делба, Л. Кварацхелия, Д. Кетия, Х. Кешищян, Э. Кокоскерия, М. Никитин, К. Токмазов, А. Чанба, М. Шулумба, командир батальона Р. Губаз и комиссар М. Сабашвили.

30 и 31 августа 4-й сб 155-й осбр и истребительный батальон Гудаутского района вели бои с 3-м гсб 91-го гсп на рубеже урочища Гунурхва. Исходя из того, что фронтальный штурм хорошо укрепленных немецких позиций вызвал бы большие потери среди личного состава, было принято решение об осуществлении отвлекающего маневра. В то время, как одна из стрелковых рот 4-го сб 155-й осбр начала подъем по ущелью западнее Гудаутского перевала, с тем, чтобы выйти в тыл противника в районе урочища Абгалара, другие подразделения развернули наступление с фронта расположения немецких войск. Благодаря грамотно выполненному обходу и эффективному применению минометов, роте, осуществляющей обход, удалось выполнить поставленную задачу. Потери 4-го сб 155-й осбр оказались значительными и составили 180 чел.

Тем временем на Рицинском направлении события развивались следующим образом. В 00.00 25 августа из г. Гагра на 23-х «полуторках» выехал личный состав 2-го (командир – майор Тесленко) и 4-го сб (командир – майор Кушнаренко) 1-го ТВПУ, прибыв на оз. Рица к 7.00 26 августа. Оттуда курсанты в пешем порядке отправились по направлению к с. Псху. 27 августа, с прибытием отряда к отметке 707 м, начальник училища выслал 1-й стрелковый взвод на перевал Ахукдара, а 2-й стрелковый взвод – на перевал Чмахара. В 19.00 28 августа отряд 1-го ТВПУ достиг северной окраины с. Псху и вошел в огневой контакт с находящимися там немецкими подразделениями. После непродолжительного, но интенсивного боестолкновения отряд отошел на перевал Анчхо, организовав оборону и закрыв тропу по хребту.

На Сухумском направлении ситуация развивалась в следующем порядке. 28 августа командующий группой войск Санчарского направления полковник И. Пияшев в сопровождении штаба и охраны выехал из г. Сухум в район перевала Доу, откуда уже поступали сообщения о появлении разведывательных групп противника на южных склонах Бзыбского хребта.

     

Во второй половине того же дня в районе Двуречья он встретил отступавшие с перевала Доу 25-й пограничный полк НКВД и 2-й сводный сп. Ознакомив командиров обоих подразделений со своими полномочиями, И. Пияшев сообщил об их переходе в оперативное подчинение группы войск Санчарского направления. Под угрозой применения высшей меры наказания за самовольное оставление позиций и невыполнение приказа он потребовал от полковника В. Архипова и капитана В. Ройзмана немедленно вернуть оба полка на линию фронта. Отправив в г. Сухум лишь больных и раненых, полки двинулись назад. К заходу солнца 2-й сводный сп поднялся на перевал Доу с южной стороны. Перед шедшим в авангарде 2-м сб 2-го сводного сп (командир – старший лейтенант Березкин) была поставлена задача: не останавливаясь, спуститься с перевала и занять оборону на левом берегу р. Бзыбь до подхода основных сил к утру 29 августа. Появление 2-го сб 2-го сводного сп и известие о приближении регулярных подразделений было с энтузиазмом встречено личным составом сводного отряда из состава истребительных батальонов г. Сухум и Сухумского района, а также 1-го сб 808-го сп, удерживающих оборонительную линию на северных склонах перевала Доу. Данное событие имело большое моральное значение, воодушевив советских бойцов и командиров. Становилось очевидным, что угроза прорыва немцев к столице Абхазии миновала, хотя до окончательного перелома было еще далеко.

29 августа 2-й сводный сп ускорил продвижение и вышел на левый берег р. Бзыбь в окрестностях хутора Решевье. Узнав о появлении сил противника, полковник Штеттнер приказал командиру 2-го гсб 13-го гсп совместно с 13-й гср 91-го гсп перейти к обороне плацдарма, захваченного на левом берегу р. Бзыбь, и не дать советским подразделениям продвинуться вверх по реке. В течение дня 2-й гсб 13-го гсп и 13-я гср 91-го гсп отбивали атаки 2-го сводного сп. От огня немецких 81-мм минометов наступавшие понесли значительные потери и не смогли выбить противника с занимаемых позиций. К вечеру бои на данном участке прекратились. 30 августа с перевала Доу спустился 25-й пограничный полк НКВД, с ходу развернулся в боевой порядок и стремительной атакой оттеснил немцев на 1,5 – 2 км. К тому времени на Рицинском направлении курсанты 1-го ТВПУ уже овладели перевалом Анчхо и продвинулись к хутору Агурипста, вступив в огневой контакт с находящимся там немецким прикрытием. Таким образом, советскими войсками была создана угроза выхода во фланг и тыл боевой группы Штеттнера. В сложившейся ситуации продвижение немцев к побережью Черного моря через все еще удерживаемый ими Гудаутский перевал теряло смысл, поскольку грозило окружением и последующим уничтожением.

В 11.30 31 августа полковник Штеттнер из долины р. Бзыбь связался по недавно проложенной линии связи со штабом 4-й гсд «Enzian», находившимся от него в 80 км. Доложив об обстановке, немецкий военачальник обратил внимание на снижение интенсивности снабжения подчиненных ему войск и запросил подкреплений. Командующий 4-й гсд генерал-лейтенант К. Эгльзеер ответил, что не сможет удовлетворить требований Штеттнера, поскольку главные силы Люфтваффе действовали под г. Сталинградом, а разведывательная эскадрилья BF-121 капитана Бека, приданная 49-му гск, выполняла разведывательные задачи и занималась эвакуацией тяжелораненых. Эгльзеер также заявил о невозможности пополнения боевой группы Штеттнера личным составом, вооружением и боеприпасами ввиду нехватки соответствующих сил и средств. Принимая во внимание вышеизложенные факторы, он приказывал отвести войска на правый берег р. Бзыбь и занять оборону на  высотах, господствующих над с. Псху. Штаб боевой группы Штеттнера незамедлительно составил и утвердил план отхода, который подразделения должны были начать по согласованному заранее условному сигналу.

В 4.00 1 сентября 3-й гсб 91-го гсп начал отступление с Гудаутского перевала, оставив в качестве прикрытия 13-ю гср 91-го гсп и эвакуировав 30 раненых. В течение дня немецкие позиции на рубеже урочища Гунурхва были атакованы подошедшим 307-м сп 61-й сд, 4-м сб 155-й осбр и истребительным батальоном Гудаутского района. Из-за сильного огневого сопротивления 13-й гср 91-го гсб советским войскам удалось продвинуться лишь на 800 м и занять три небольшие высоты. К вечеру главные силы 3-го гсб 91-го гсб спустились с перевала и начали концентрацию на левом берегу р. Бзыбь, однако не смогли переправиться через нее из-за начавшегося дождя и поднявшегося уровня воды в реке. В течение ночи с 1 на 2 сентября немецкие горные саперы восстанавливали мост и начали строительство еще двух мостиков.

В 9.30 2 сентября командир 13-й гср 91-го гсп доложил по радио об отходе с Гудаутского перевала. Днем 3-й гсб 91-го гсп занял полукругом оборону у моста, где продолжал работу саперный взвод. В этой обстановке советские войска атаковали и попытались окружить находящийся восточнее моста через р. Бзыбь 2-й гсб 13-го гсп, однако подоспевшие горные стрелки из состава 3-го гсб 91-го гсп задержали их продвижение. К вечеру мост был, наконец, готов. Немецкие подразделения начали переходить на правый берег р. Бзыбь, но в темноте переправа стала почти невозможной. Мулы постоянно срывались в быструю реку или спотыкались о бревенчатый настил мостков. Батальонный ветеринар со своим персоналом неустанно работал над тем, чтобы не потерять ни одно животное, однако некоторых мулов пришлось пристрелить. К утру 3 сентября перейти реку удалось только 3-му гсб 91-го гсп. Вскоре саперы соорудили еще два перехода, по которым переправились груженые артиллерийские взводы и 2-й гсб 13-го гсп. К концу дня боевая группа Штеттнера окончательно покинула левый берег р. Бзыбь, заняв новый оборонительный рубеж в районе с. Псху. Линия немецкой обороны пролегала по высотам юго-восточнее села, затем по р. Бзыбь и по высотам, прикрывавшим подход к с. Псху со стороны перевала Анчхо.

Тем временем 2 сентября командование 46-й армии приняло решение о начале на Санчарском направлении наступательной операции, предусматривающей окружение и последующее уничтожение боевой группы Штеттнера. Перед командирами частей и подразделений были поставлены следующие задачи. К исходу 4 сентября 307-й сп 61-й сд, 4-й сб 155-й осбр и истребительный батальон Гудаутского района должны были преодолеть Гудаутский перевал и выйти к устью р. Решевье. 25-й пограничный полк НКВД имел задачу действовать с востока по долине р. Ахей и занять перевал Чамашха. 2-й сводный сп, форсировав р. Бзыбь в районе хутора Решевье, должен был атаковать немецкие позиции в с. Псху с рубежа Верхняя и Нижняя Битага. 1-й отряд 1-го ТВПУ должен был наступать с перевала Анчхо по долине р. Бавю, закрыть тропу, идущую на перевал Чмахара, и не допустить отхода противника на перевал Адзапш. 2-й отряд 1-го ТВПУ должен был выйти в урочище Ригдза, в район слияния рек Бзыбь и Бавю, содействовать наступлению 307-го сп 61-й сд с Гудаутского перевала вдоль левого берега р. Бзыбь. Сводному отряду из состава истребительных батальонов г. Сухум и Сухумского районов было приказано проводить разведку переднего края немецкой обороны; осуществлять огневую поддержку наступающих подразделений; доставлять на передовую продовольствие, медикаменты и боеприпасы; эвакуировать раненых с поля боя. После успешного завершения операции командование группы войск Санчарского направления планировало выйти к Главному Кавказскому хребту, овладеть перевалами Чмахара, Адзапш, Санчаро, Аллаштраху, Цегеркер и отбросить немцев на их северные склоны.

5 сентября советские войска развернули боевые действия. В то время как передовые части 2-го сводного сп вышли к сс. Верхняя и Нижняя Битага, отряд истребительного батальона Сухумского района занял хутор Серебряный, расположенный 3 км южнее с. Псху. Базировавшиеся на Сухумском и Гудаутском аэродромах самолеты ДБ-3, СБ, Пе-2 и Р-10 ежедневно совершали до 10 вылетов для нанесения бомбовых ударов по скоплениям живой силы противника. Только к вечеру 5 сентября потери боевой группы Штеттнера составили 16 убитых и 45 раненых, а также 106 погибших вьючных животных. 6 сентября передовые части 25-го пограничного полка НКВД в результате обходного маневра с правого фланга вышли на южные скаты перевала Чамашха и вступили в бой с противником. В этот же день командующий группой армий «А» генерал-фельдмаршал В. Лист доложил по телефону в оперативный отдел Генерального штаба сухопутных войск о том, что он и командир 49-го гск «не могут вести дальнейшее наступление в направлении Сухуми – Гудаута. К этому времени должны были быть оттянуты назад, к перевалу Адзапш, даже те части 4-й горнострелковой дивизии, которым удалось продвинуться к долине р. Бзыбь: под возрастающим натиском противника им грозило окружение».

7 сентября советское наступление продолжилось. 4-й сб 51-й сбр с приданным минометным дивизионом получил задачу завязать бой с немцами в районе переправы через р. Бзыбь, двигаясь к хутору Серебряный. Когда обороняющиеся на правом берегу реки немецкие подразделения сорвали попытку 4-го сб 51-й сбр переправиться через нее, группа автоматчиков под командованием лейтенанта Филобокова в течение 2–3 часов уничтожила огневые точки противника, что дало атакующим возможность форсировать р. Бзыбь и продвинуться вперед. Натиск наступавших на с. Псху советских войск оказался настолько стремительным, что в 14.00 7 сентября полковник Штеттнер по собственной инициативе, не дожидаясь соответствующего распоряжения из штаба 4-й гсд «Enzian», приказал своей боевой группе начать отступление к перевалам Санчарского направления.

В ночь с 7 на 8 сентября в с. Псху была выслана разведгруппа в составе 15 чел., возглавляемая командиром 1-го взвода 14-й ср 2-го сб 1-го ТВПУ Б. Шамба. Разведчики захватили двух пленных, от которых были получены ценные сведения о предполагаемой численности и местах дислокации огневых точек противника. Утром 8 сентября началось советское наступление на центр с. Псху. 307-й сп 61-й сд, 4-й сб 155-й осбр и истребительный батальон Гудаутского района совместно со 2-м сводным сп атаковали немцев по обеим сторонам р. Бзыбь. В районе хутора Серебряный была организована переправа бойцов в направлении центра с. Псху. Для перекрытия противнику пути отхода из села 1-й отряд 1-го ТВПУ вышел на Санчарскую развилку, соединяющую с. Псху с хутором Санчаро. 1-я и 2-я ср 3-го сб 307-го сп 61-й сд (командир – ст. лейтенант Панцевич) обошли с. Псху и атаковали аэродром. 3-я ср 3-го сб 307-го сп, 1-й сб 307-го сп и 2-й сб 2-го сводного сп наступали с юго-востока. Одновременно с этим несколько советских самолетов произвели бомбардировку немецких позиций в районе аэродрома, вызвав панику среди находящихся там солдат противника. К 13.00 8 сентября советские войска вошли в центр села, а к утру 9 сентября оно было окончательно очищено от немцев. Полное перекрытие противнику путей отхода из с. Псху оказалось невозможным. Поспешно отступавшими горными стрелками Штеттнера были брошено вооружение, боеприпасы, продовольствие, медикаменты и горно-вьючное снаряжение. Многие сельские дома и постройки были сожжены или полуразрушены, хозяйства – разорены, кругом валялись трупы мулов и лошадей. Вскоре в село начало возвращаться гражданское население, на протяжении двух недель скрывавшееся в окрестных лесах.

Тем временем немецкие войска оставили хутора Агурипста и Санчаро и отошли к перевалам Главного Кавказского хребта. Отступление основных сил противника прикрывали небольшие мобильные отряды горных стрелков численностью от взвода до роты, оказывающие упорное сопротивление на удобных для обороны высотах.

Ведя преследование, группа войск Санчарского направления разделилась на несколько отрядов. К исходу 9 сентября 307-й сп 61-й сд, 4-й сб 155-й осбр и истребительный батальон Гудаутского района с боями вышли к урочищу Бешта; 1-й отряд 1-го ТВПУ одной группой продолжил наступление на перевал Адзапш, второй – на перевал Чмахара; 2-й отряд 1-го ТВПУ, двигаясь по р. Бзыбь, достиг с. Псху; 3-й отряд 1-го ТВПУ занял оборону в районе слияния рек Бзыбь и Гега; 25-й пограничный полк НКВД вел бои у перевала Чамашха; особый отряд № 8 сосредоточился в с. Псху. Перед 4-м сб 155-й осбр и 1-м сб 808-го сп была поставлена задача оборонять перевалы Гудаутский и Доу. 1-й сб 66-го сп 61-й сд обеспечивал оборону стыка группы войск Санчарского направления и 20-й гсд. 1-я ср 1-го сб 66-го сп обороняла перевал Анчхо, 2-я ср – перевал Ахукдара, 3-я ср – штаб батальона на оз. Рица. Штаб группы войск Санчарского направления расположился в с. Псху.

10 сентября 4-й сб 1-го ТВПУ (командир – майор Кушнаренко) вышел на рубеж 2,5 км западнее перевала Санчаро и, развивая наступление по направлению к перевалу Адзапш, с боем овладел высотой 1057 м. В тот же день 25-й пограничный полк НКВД обошел с востока перевал Чамашха, завершив окружение находящейся на нем немецкой группировки. Вскоре к Чамашхе подошел 2-й сводный сп, однако освободить перевал обоим полкам удалось лишь к 13.30 16 сентября после неоднократных атак и значительных потерь среди личного состава. Противник отступил к перевалу Аллаштраху.   

Между тем 2-й сб 1-го ТВПУ в 7.30 11 сентября атаковал высоту 1209 м и освободил ее к 19.00 12 сентября. О том, в каких условиях приходилось действовать советским войскам, говорится в донесении майора И. Тесленко: «Продукты не подвезены. Троп нет. Везде обрывы, скалы большой крутизны. Подъем брали с помощью веревок. Мины носили по карманам и вещмешкам». В 21.00 16 сентября от немецких войск также был освобожден перевал Чмахара.

Одновременно с этим 9–10 сентября 307-й сп 61-й сд подошел к подножью удерживаемой немцами высоты 1670 м, располагавшейся на подступах к урочищу Бешта. Неприятель занимал выгодную позицию: с востока высоту прикрывала пропасть, протянувшаяся на несколько километров, с запада – глубокая лощина. Наступать можно было лишь по пролегавшей по самой высоте тропе, вдоль которой располагались огневые точки противника. В тот же день в лесу на подступах к высоте завязались ожесточенные бои; только за 9-10 сентября советские потери составили 76 чел. убитыми и ранеными. 307-й сп, поддерживаемый истребительным батальоном Гудаутского района, очистил лес и вышел на покрытые кустарником склоны взгорья. Средствами полковой разведки было установлено отсутствие минометов и пулеметов на юго-западных склонах высоты, вдоль лощины. На юго-восточной стороне, по гребню, ниспадающему краем пропасти, горными стрелками Штеттнера были вырыты редкие окопы, укрытые за большими камнями. Исходя из сложившейся обстановки, командованием 307-го сп 61-й сд было принято решение штурмовать высоту 1670 м в ночь с 18 на 19 сентября. В то время, как действующая на левом фланге стрелковая рота демонстрировала фронтальную атаку и отвлекала на себя огонь с обеих сторон лощины и с вершины, возглавляемый лейтенантом Цветковым взвод из состава 1-го сб 307-го сп 61-й сд незаметно взобрался на высоту 1670 м по каменистому гребню с юго-востока. Используя эффект неожиданности, бойцы Цветкова стали быстро продвигаться к вершине, подавляя одиночные огневые точки немцев. Не выдержав натиска штурмовой группы, противник оставил свои позиции и отошел на перевал Санчаро. К утру 19 сентября высота 1670 м и две прилегающие к ней безымянные вершины перешли под контроль советских войск.

Тем временем Гитлер окончательно осознал, что все попытки 49-го гск прорвать советскую оборону на перевалах Главного Кавказского хребта потерпели неудачу. После продолжительных разбирательств между ставкой фюрера и командованием корпуса был достигнут компромисс. Гитлер согласился утвердить предложение генерала Р. Конрада о переходе к обороне на абхазском участке фронта, одновременно с этим приказав снять с Санчарского, Марухского, Клухорского и других направлений главные силы 1-й и 4-й гсд, объединить их в дивизионную группу «Ланц» и перебросить в г. Майкоп для подготовки к наступлению на г. Туапсе в составе 17-й армии. С середины сентября 1942 г. 180-километровый участок Главного Кавказского хребта оставались удерживать (с запада на восток): 91-й гсп, 2-й дивизион 94-го горного артиллерийского полка, 1-й дивизион 79-го горного артиллерийского полка, 94-й горный артиллерийский дивизион, 2-й высокогорный батальон, 94-й полевой резервный батальон, 99-й гсп (без 1-го гсб, выделенного в состав 1-й танковой армии). Командование 1-й гсд «Edelweiss» принял полковник К. Ле Сюр, а 4-й гсд – генерал-майор Г. Кресс.

На Санчарском направлении начались бои за перевалы Адзапш, Санчаро, Аллаштраху, Цегеркер. Поскольку создание сплошного горного фронта не представлялось возможным, немцы построили свою оборону, основываясь на главных опорных пунктах, соединенными мелкими позициями. Вперед выдвигались стрелки, автоматчики и снайпера, выше через каждые 100–150 м в развалах каменных глыб, скальных нишах или расселинах устанавливались ручные и станковые пулеметы MG-34 и MG-42, а за ними располагались 81-мм минометы и 75-мм горные орудия. Ночью позиции освещались ракетами, днем же пути подхода к ним находились под постоянным наблюдением. Связь между опорными пунктами поддерживалась по радио или телефону, реже – с помощью флажков, световых сигналов и мегафонов. Достигнуть внезапности атаки было практически невозможно, поскольку подступы к перевалам хорошо просматривались и были заранее пристреляны. Так, 24 сентября батальон 307-го сп (командир – младший лейтенант Саковский) целые сутки пролежал под перевалом Адзапш и в следующую ночь добрался до гребня, однако после двухдневных боев был вынужден отступить. Любая попытка советских войск выбить немцев с занимаемых позиций оставалась безрезультатной и сопровождалась значительными потерями среди личного состава.

18 октября на перевалах Санчарского направления выпал снег с толщиной покрова в 1 м. С 20 октября, в связи с закрытием перевалов, обе стороны были вынуждены прекратить активные боевые действия и ограничиться проведением разведки, патрулированием и несением позиционной службы. Исходя из сложившейся обстановки, командование 46-й армии приняло решение о перегруппировке сил в соответствии с зимним планом обороны Главного Кавказского хребта. 22 октября основные силы группы войск Санчарского направления начали отход в приморские города Абхазии. Из с. Псху в направлении г. Гудаута выступил 4-й сб 155-й осбр, 1-й сб 66-го сп, 25-й пограничный полк НКВД. Еще раньше, 28 сентября, были выведены из с. Псху и направлены в г. Гагра курсанты 1-го ТВПУ. Оборона перевалов Санчарского направления возлагалась на 2-й сводный сп. Выдвинув к перевалам по батальону и оставив один батальон в резерве, штаб полка разместился в с. Псху.

С ноября 1942 г. по январь 1943 г. на Санчарском направлении продолжались позиционные бои. В районе перевалов шел снег, часто переходящий в пургу. Нередко имели место сходы лавин. В условиях горной зимы обе стороны обустраивали землянки и убежища, стены которых складывали из камней, а крышу перекрывали бревнами и плоскими камнями. Инженерно-саперные службы прокладывали пути сообщения, сооружали сборные домики, печи и сани.

Время от времени немцы предпринимали разведку боем на отдельных участках фронта. Так, 26 ноября разведгруппы противника спустились с перевала Адзапш, имея целью пройти к т.н. Санчарским воротам, но были отброшены автоматным огнем. 31 декабря находящиеся на перевале Адзапш немецкие подразделения открыли ружейно-пулеметный огонь по боевым порядкам 2-го сводного сп, в результате чего имелись убитые и раненые. В 00.45 1 января 1943 г. обстрел повторился.

В начале января 1943 г., в связи с начавшимся советским контрнаступлением, немецкое командование было вынуждено начать отвод войск с перевалов Главного Кавказского хребта. В ночь с 19 на 20 января противник, оставив перевалы Санчаро и Аллаштраху, отошел вниз по долине р. Санчаро. 21 января разведка 2-го сводного сп достигла перевала Санчаро, не обнаружив там следов пребывания немцев. 30 января командование 46-й армии приказало 2-му сводному сп передислоцироваться в г. Сухум, забрав тяжелое вооружение, боеприпасы и провиант. Оставив в с. Псху одну стрелковую роту численностью в 100 чел. для охраны оставшегося имущества и складов, полк после перехода через покрытый глубоким снегом перевал Доу прибыл в столицу Абхазии. Боевые действия на Санчарском направлении подошли к концу.

 

БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ НА ВЕЛИКОМ ЭЛЬБРУСЕ

 

Гитлер решает разгромить Красную армию, лишив ее горючего. На Кавказе добывается  почти вся советская нефть и, захватив Баку, Грозный и Туапсе, вермахт рассчитывал поставить русских на колени.Эта задача возлагалась на егерей специальной дивизии «Эдельвейс». Дивизия отличалась тем, что была набрана из числа лучших военных альпинистов, а на их вымпеле и обмундировании был изображен горный цветок – эдельвейс.

На пути 1-й альпийской дивизии "Эдельвейс" находилась господствующая высота – Эльбрус. Высочайшая вершина СССР (Европы). Контролирующий господствующую высоту контролирует все: перевал, склоны, передвижение войск. Генерал Хуберт Ланс, командующий первой горной дивизией, отдает приказ о водружении на Эльбрусе флагов немецких частей. Он вообще был помешан на флагах и даже предлагал назвать Эльбрус "пиком Адольфа Гитлера". В 1942 г. из числа квалифицированных альпинистов на базе 1-й горнострелковой дивизии был создан 1-й высокогорный батальон, в который входила высокогорная рота капитана Хайнца Грота численностью около 100 человек. К роте капитана Х. Грота была приписана группа квалифицированных альпинистов из 4-й горнострелковой дивизии под командованием капитана Макса Гэммерлера. Их задачей была защита левого фланга 1-й горнострелковой дивизии и водружение флагов на вершинах Эльбруса.

Важным опорным пунктом на Эльбрусе была построенная для альпинистов в 30-е годы (при участии и немецких альпинистов) гостиница "Приют одиннадцати". Она находится на высоте 4130 метров над уровнем моря. Так высоко еще никто не воевал. Именно сюда направился Хайнц Грот. До войны он под видом инженера-горняка несколько раз был в этих местах и совершал восхождения. Солдаты дивизии "Эдельвейс" подбирались из жителей Баварии и альпийской Австрии, имеющих горную подготовку.

Метеорологическая станция «Приют Одиннадцати»

 

17 августа немцы пленили сотрудников высокогорной метеорологической станции, которые находились на "Приюте Одиннадцати". Сотрудников было пятеро: Александр Ковалёв, Зинаида Ковалёва, радист Яков Кучеренко и два солдата. В то утро они собирались уходить в посёлок Терскол. Немцы захватили его без единого выстрела. Даже тщательно засняли на кинопленку. 

Немцы на Приюте Одиннадцати

 

А потом отпустили всех пятерых с наказом оповестить советское командование о захвате немцами Кавказа.Казалось, после вестей о внезапном появлении немцев на Эльбрусе, советские части должны были подняться по тревоге, но этого не случилось. Когда ребята спустились, их посадили под арест за распространение панических слухов. Этим неверием наша армия, по сути, открыла проход к Чёрному морю и нефтеносным районам. Немцы начали беспрепятственно занимать главенствующие высоты. На базах построили хижины, наладили связь.21 августа Эльбрус увенчали фашистские флаги. Германская пропаганда придавала этому событию торжественно-символическое значение. Портреты Грота и его егерей напечатали во всех газетах и журналах Третьего рейха.

Секретная деятельность немцев на Эльбрусе

Неподалеку от урочища Джилы-Су есть большая ровная площадка, которую в народе называют немецким аэродромом. Старожил аула Былым Муса, рассказывал, что во время войны пас скот и видел, как там приземлился немецкий самолет. Официально аэродрома там не существовало, поэтому есть мнения, что одной из тайн Третьего рейха была мистическая лаборатория СС на Эльбрусе.

Появились слухи, что на аэродром прилетали бритоголовые люди азиатской внешности. Якобы Гитлер отправлял тибетских монахов медитировать на Эльбрусе, чтобы найти вход в мистическую страну Шамбалу и увидеть исход войны. Говорили, что есть могила расстрелянных монахов, которые «увидели» победу СССР.

 

Первые бои на Эльбрусе

3 сентября рота Г. Григорьянца получила приказ освободить Приют Одиннадцати, 105 пикет и Ледовую базу. 

26 сентября лейтенант Григорьянц с группой разведчиков попытался с "Ледовой базы" приблизиться к "Приюту Одиннадцати", чтобы уточнить расположение огневых точек. Но егеря рано обнаружили разведчиков. Тяжело раненный, лейтенант предпочел плену смерть...

По некоторым данным отряд Григорьянца был численностью от 80 до 120 человек. Списков отряда никогда не было. Сам Григорьянц до войны работал дамским парикмахером. Он и его солдаты не имели ни воинского образования, ни альпинистской подготовки. Но они вступили в схватку с элитой немецкой армии – "эдельвейсовцами", егерями и горными стрелками. Дивизия «Эдельвейс», напротив, была безупречно подготовлена и обеспечена альпинистским снаряжением, лыжами, минометами и картами.

Когда красноармейцы отправились штурмовать Приют 11, на подходе попали в густой туман и поначалу оставались незамеченными. Но внезапно белая пелена рассеялась, и солдаты оказались перед немцами как на ладони. Они не успели ни отстреляться, ни отступить: всех уничтожили.

Позже гауптман Хайнц Грот, руководивший «эдельвейсовцами», говорил: «Я не мог понять русских: почему, зная, что эти позиции они взять не смогут, они волнами накатывались и накатывались на ледник, а мы укладывали их на снежные склоны. Несмотря на большие потери, они продолжали этот бессмысленный штурм».

База "Приют Одиннадцати", перевалы Чипер-Азау и Хотю-Тау так пока и оставались у противника. Время от времени фашисты повторяли попытки спуститься на поляну Азау и получали отпор. Для уничтожения же всех вражеских частей на Эльбрусе необходимых условий еще не было.

 

Вторая попытка покорить Эльбрус

В начале ноября создается "Группа 80" с целью выбить немцев из "Приюта одиннадцати", подняться на Эльбрус и водрузить там советские флаги. Отбирали в группу наиболее крепких и выносливых бойцов. Альпинистской подготовки они не имели (в этом смысле два отведенных для обучения дня мало что решали), как и специальной одежды, обуви, снаряжения. Командиром назначили капитана А. Юрченко из 8-го моторизованного полка НКВД, главным проводником – известного альпиниста Александра Сидоренко, его помощниками – альпинистку Любовь Кропф и австрийского антифашиста РудиШпицера, горного гида Виктора Ломако.

Буквально в последний момент удалось обуть всех в валенки и пошить из простыней маскировочные халаты. В большей мере выручило то обстоятельство, что бывший начальник альплагеря «Рот-Фронт» Александр Сидоренко вскрыл склады и раздал солдатам все, что только было необходимым.

Советские воины-альпинисты

 

Сидоренко Александр Игнатьевич

 

Кропф Любовь Сергеевна

 

11 сентября 1942 года отряд 80 приступил к выполнению поставленной задачи. Имея лишь легкое вооружение, выступили из селения Эльбрус в верховья Ирикского ущелья. Передвигались ночами, днем укрываясь в скалах, было очень холодно – надвигалась эльбрусская зима. Нередко где-то рядом раздавались пулеметные и автоматные очереди, тогда марш прерывали и изготавливались к бою.

Отряд шел тяжело: груз оружия, боеприпасы, снаряжение и продовольствие – все это существенно снижало темп неподготовленных людей. Шли только в темноте. Валил снег. Началась буря. Отряду понадобилось 4 дня, чтобы выйти на необозримые снежные поля Эльбруса.

Наконец отряд поднялся на высоту в 4200 метров. Рассвет усилил мороз, заиндевелые фигурки солдат, похожи на призраки. Здесь будет последняя дневка – в ночь предстоит решающий бросок для завершения запланированной операции. Несмотря на объяснения, усталые бойцы, валятся в снег под скалами, но спать нельзя, можно только дремать. Кропф, Сидоренко и Шпицер ходят от одного бойца к другому и расталкивают их – ведь глубокий сон это верная смерть от холода. День прошел в тревоге – что даст ночь.Стемнело. Наступила решающая минута – подъем и подготовка к последнему броску. Вперед выходят А.Сидоренко и Л.Кропф – разведать состояние снежного покрова ледника, определить возможность перехода через трещины и наметить возможные точки отсидки от бури и наблюдателей с «Приюта». Бушевавшая буря мгновенно заметала следы, трещины были занесены снегом и лишь самые широкие в 5-6 метров зияли черными пропастями. Поиск обхода этих трещин мог «съесть» темное время и отряд утром мог бы оказаться на виду у немцев. В отряде появились первые обмороженные, начала действовать горная болезнь. Блуждание между трещин, сильный мороз и метель не дали возможности выполнить подъем к намеченной точке – вершине Эльбруса.

Все участники операции осознавали, что это последняя попытка выбить немцев. Предыдущая окончилась провалом – немцы сверху расстреливали советских солдат, что называется «на выбор». И для того, чтобы спасти людей, командир отряда А.Юрченко отдает приказ об отступлении и спуске в долину, к жилью.

Советские флаги на вершинах Эльбруса

Наступившее в горах зимнее ненастье осложнило боевые действия, вынудило немецкие части перейти к обороне. Вызвав фельдмаршала Листа в ставку, Гитлер отстранил его от командования. "Это безрассудство - загнать в горы альпийские дивизии и обречь их на бездействие!" - упрекал Гитлер. - "Отныне руководить войсками на Кавказе буду я!".

К началу 1943 года обстановка для кавказской гитлеровской группировки стала катастрофической. Сокрушив на Волге 6-ю армию Паулюса, советские войска стремительно продвигались к Ростову, грозя "захлопнуть" спасительный выход из ловушки. Из Берлина последовала команда на отход 1-й танковой армии и 49-го горно-стрелкового корпуса к Ростову, а оттуда – на Миус. 17-й армии генерала Руоффа приказано было отходить к Новороссийску и на Тамань. Выполняя команду, егеря альпийских дивизий бежали из-под Эльбруса и кавказских перевалов.

В начале февраля из штаба Закавказского фронта последовал приказ: сбросить с вершин Эльбруса немецкие флаги! Исполнение возлагалось на альпинистов, возглавляемых военинженером А. Гусевым. К 10 февраля команда из 20 человек сосредоточилась на "Приюте Одиннадцати". Погода выдалась неблагоприятной: валил снег, бушевала метель. Подъем к вершинам в такие дни опасен. Однако приказ надо выполнять.

13 февраля в 2 часа 30 минут ночи, опытный альпинист Николай Гусак повел группу на западную вершину.

Гусак Николай Афанасьевич, альпинист

 

О том восхождении позже А. Гусев вспоминал: "В нормальную погоду группа сильных альпинистов может дойти от "Приюта" до вершины за 8-10 часов. Прошло более 15 часов, а ушедшие все еще не возвращались. Мысленно мы представляли себе, как они пробиваются сквозь облака и метель, как валит их с ног ураганный ветер. Каждые 15 минут дежурившие посменно вне дома товарищи подавали сигналы сиреной, стреляли из автоматов, пускали ракеты. Но разве "перекричишь" разгулявшийся буран? Разве заметят наши друзья сигнальную ракету в плотном слое облаков, окутавших весь массив Эльбруса.

"Надо идти на помощь!" – решили мы.

Формируем спасательный отряд, быстро собираемся в путь. Но куда направиться? Где искать пропавших? Неожиданно мы услышали крик дежурившего в укрытии под скалой альпиниста. Выбежали из дома.

Из серой мглы один за другим появились: Н. Гусак, Е. Белецкий, Габриэлль и БеснуХергиани, Е. Смирнов, А. Сидоренко. Они еле шли, шатаясь от усталости. Мы подхватили ребят и чуть ли не на руках внесли в здание. Здесь они швырнули на пол обрывки фашистских военных флагов...". Вместо них ребята установили на вершине советский флаг.

Советский флаг, водруженный на вершине Эльбруса

 

Пурга еще бушевала, но сообщение об освобождении Ростова от гитлеровцев заставило начать поход второй группы к восточной вершине 17 февраля. На седловине они неожиданно увидели вмерзшие в лед и снег тела немцев. Все в альпийской форме, из 99-го полка. Того самого, в котором числился капитан Грот. Позже установили, что среди погибших был и он, "герой" - эдельвейсовец. В сентябре он с отрядом находился на седловине Эльбруса, когда появился советский самолет. Обстреляв фашистов, летчик сбросил фугасные бомбы. Взорвавшись, бомбы вызвали огромную снежную лавину. Она-то всех и погребла. «Приют Одиннадцати» сгорел в пожаре.

 

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Победа Советского Союза в битве за Кавказ имела большое политическое и военно-стратегическое значение. Был окончательно сорван план немецкого командования по захвату Кавказа и дальнейшему проникновению в страны Ближнего и Среднего Востока; сохранены нефтеносные районы  Майкопа, Грозного и Баку, а также базы Черноморского флота на восточном побережье Черного моря; предотвращена попытка втягивания Турции в войну против СССР; прикрыты коммуникации, ведущие через Каспийское море в Иран и к Персидскому заливу.

Одной из ключевых составляющих операции «Эдельвейс» являлся захват немецкими войсками перевалов Главного Кавказского хребта с последующим продвижением в Закавказье. На начальном этапе операции частям 1-й и 4-й гсд 49-го гск удалось преодолеть некоторые перевалы и создать угрозу прорыва к побережью Черного моря. Успех горнострелковых дивизий Вермахта был обусловлен целым рядом стратегических и тактических просчетов советского командования, не придававшего обороне перевалов должного значения, а также превосходством 1-й и 4-й гсд над противостоявшими им советскими войсками. В результате срочно принятых мер, в т. ч. непосредственного вмешательства Ставки ВГК, командованию 46-й армии удалось остановить дальнейшее наступление противника, контратаковать и отбросить его к перевалам Главного Кавказского хребта. Не достигнув намеченных ранее целей, немцы были вынуждены отказаться от проведения наступательных операций и перейти к обороне. Тем не менее, подавляющее большинство перевалов Главного Кавказского хребта оставалось под контролем противника вплоть до января 1943 г., когда поражение 6-й армии генерал-фельдмаршала Ф. Паулюса под г. Сталинградом и советское наступление под г. Моздоком и г. Нальчиком вынудило немецкие горнострелковые части покинуть занимаемые позиции ввиду сложившейся угрозы окружения.

К этому времени командиры советских частей и подразделений приобрели большой практический опыт ведения боя в высокогорной и горно-лесистой местности, исключительно своеобразной по своим природно-климатическим условиям. Боевые действия велись, главным образом, за долины, дороги, тропы, перевалы и командные высоты, контролирующие коммуникации, проложенные по долинам и перевалам. При наступлении советские войска все чаще старались избегать фронтальных атак, применяя глубокий фланговый охват с последующим заходом в тыл противника специально подготовленных мобильных отрядов численностью от взвода до роты, редко батальона. С целью обнаружения проходов и обходных путей на фланги активно проводилась разведка. После первоначальных просчетов в работе тыловых служб, повлекших за собой самые негативные последствия вплоть до срыва боевых операций, особое значение приобрели вопросы бесперебойного снабжения войск продовольствием, боеприпасами, медикаментами и теплым обмундированием. Должное внимание стало уделяться своевременному оказанию квалифицированной медицинской помощи раненым бойцам, в т. ч. путем создания специально оборудованных эвакогоспиталей в непосредственной близости от передовой. Поскольку рельеф гор существенно ограничивал использование тяжелой артиллерии, значительно возросла роль 82-мм и 107-мм минометов. Активно применялась авиация, выполняющая задачи по осуществлению огневой поддержки сухопутных войск, переброске грузов, эвакуации тяжелораненых. В частях и соединениях окрепла дисциплина и организованность, повысилась боевая стойкость подразделений. Несмотря на тяжелейшие условия, личный состав проявлял упорное стремление нанести противнику поражение, изгнав его с родной земли.

 

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИНТЕРНЕТ-РЕСУРСОВ

 

  http://militera.lib.ru/memo/russian/gusev_am/03.html

  http://1ynx.ru/post/5245

  http://www.elbrusworldrace.com/wp-content/uploads/2014/12/111105ewr.jpg

  http://don1942.ru/rol-konnitsy-v-bitve-za-kavkaz/item/vykhod-nemtsev-na-perevaly

  http://www.tourist-journal.ru/articles/pobeda.php

  http://www.apsuara.ru/portal/book/export/html/1135

  https://ru-travel.livejournal.com/33392219.html

  https://rex711.livejournal.com/1458254.html

  http://don1942.ru/rol-konnitsy-v-bitve-za-kavkaz/item/vykhod-nemtsev-na-perevaly

  http://pf.ncfu.ru/news/news4080/po-tropam-zaschitnikov-legendarnogo-maruhskogo-perevala/

  http://psebayasstour.ucoz.ru/publ/geroicheskaja_oborona_umpyrja/1-1-0-2

  https://kubnews.ru/obshchestvo/2017/02/28/kak-osvobozhdali-kuban-fotoletopis-mostovskogo-rayona/

  https://ru-travel.livejournal.com/33392219.html

  http://psebayasstour.ucoz.ru/publ/boi_za_pereval_pseashkho_70_let_spustja/1-1-0-1

  http://sochi-news.ru/node/3449

  http://kgpbz.ru/sites/default/files/IMG%205982%20%D0%9A%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D1%80%D0%BE%D0%B2%20%D0%94%D0%BC%D0%B8%D1%82%D1%80%D0%B8%D0%B9.JPG

  http://kgpbz.ru/sites/default/files/168C5666.jpg

  http://www.maksimov.su/in.php?tnum=1&dvar=http://www.maksimov.su/gallery/&var=vi/ded1/ded1.htm

 

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

- Боевые операции на перевалах Абхазии в ходе битвы за Кавказ 1942–1943 гг. Н. И. Медвенский. – Сухум, 2012. – 96 с.

- Гусев А. М. Эльбрус в огне. - М.: Воениздат, 1980

- Тике Вильгельм. Марш на Кавказ. Битва за нефть 1942-1943 гг.

 

ЗОНАЛЬНЫЙ УРОК МУЖЕСТВА «ПОМНИМ!.. ГОРДИМСЯ!..», ПОСВЯЩЕННЫЙ 75-ЛЕТИЮ ОСВОБОЖДЕНИЯ КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ ОТ НЕМЕЦКО-ФАШИСТСКИХ ЗАХВАТЧИКОВ И ЗАВЕРШЕНИЯ БИТВЫ ЗА КАВКАЗ